Мальчишки сидели в дальнем конце классной комнаты, окруженные одноклассниками, явно готовыми, если придется, снова разнимать нарушителей порядка. Люка, высокий беловолосый парнишка, поджав губы, прижимал к скуле заботливо принесенный кем-то из аптечки охлаждающий пакет. Лицо его даже теперь выражало самоуверенность, граничащую с надменностью, словно все вокруг выглядели для него маленькими, бестолковыми детишками. Зое сидел молча, опустив глаза в парту, однако подбородок его был вздернут чересчур высоко для человека, который считал бы себя проигравшим в происшедшей потасовке.
- Что здесь произошло? – Еще с порога произнесла Ия, пробираясь ближе к ребятам между нескольких сдвинутых в сторону парт, но услышала в ответ лишь тяжёлое напряженное молчание. - А ну объясните мне, что здесь произошло? Зоэ… Это правда? Вот это сюрприз, от тебя-то я точно не ожидала… Ты ударил его?
- Да, учитель, - голос мальчишки натянутой струной трепетал от волнения.
- И?.. В чем причина?
- Он меня оскорбил.
- Не оскорбил, а открыл глаза на правду, - холодно отозвался Люка, не отрывая пакетика от скулы.
- Люка Ренер, тебе я слово еще не давала. - Холодно сверкнула глазами в его сторону Ия и перевела взгляд на Зоэ, похожего в этот момент на свернувшегося в клубок ёжика.
- Так в чем дело?
- Он меня оскорбил, - упорно повторил мальчик, по-прежнему не поднимая темно-серых глаз.
- Я поняла тебя, - с нажимом отозвалась девушка, - что он сказал?
- Это неважно.
- Важно, Зоэ! Ты понимаешь, что в твое личное дело сегодня запишут акт агрессии? Насовсем, навсегда. Так что лучше бы тебе объяснить, в чем вообще дело. И еще лучше – сейчас, пока все остальные не начали давать своих показаний как свидетели нарушения. Даже если это была провокация – сравни провокацию и физическое нападение. Шанс получить запись за провокацию всегда в разы меньше. Ты же должен понимать, что оскорбление, не несущее под собой никаких оснований, хоть сколько-то сможет тебя оправдать, но если ты ничего не скажешь… Тогда может быть, Люка нам что-то объяснит?
- Он назвал меня диким, - сухо бросил Зоэ куда-то в сторону, всё ещё не глядя ни на Ию, ни на одноклассников.
- Неправда, - подал голос Люка, переводя полный холодной самоуверенности взгляд с ударившего его мальчишки на учителя, - этого я не говорил. Я предупредил его, что он влюбился.
- Влюбился?.. - что-то больно сжалось внутри девушки, моментально возвращая ее мысли к тому, о чем она так сладко успела забыть на эти несколько минут. И вы туда же, ребята, в ваши-то одиннадцать-двенадцать лет… Сохрани вас Всеединый…
- Это неправда!
- Да. Дико и безнадежно влюблен. - Мальчишки заговорили хором, но Люка оказался настойчивее и решительнее. – Как та девочка, которой больше нет. – Его темно-серые глаза недобро сощурились, с вызовом глядя на Ию. – Только не в пятиклашку, а в Вас, учитель. Не видите, как он за вами хвостом везде ходит и в рот заглядывает? Небось письма еще по ночам пишет – Вы не получали, нет?
- Заткнись! - Крикнул, перебивая его, Зоэ. На острых скулах его выступили желваки.
«Как та девочка, которой больше нет». Кажется, на какое-то мучительное мгновение Ия усилием воли заставила своё тело задеревенеть, чтобы не совершить ненароком лишнего движения – а больше всего ей сейчас хотелось закрыть лицо руками и снова, как два дня назад, расплакаться от душащей ужасом беспомощности. Фида, Всеединый сохрани, Фида была влюблена и жестоко поплатилась за свои чувства.
- Люка. Зоэ. – Негромко, но четко и решительно прервала их Ия, едва находя силы сохранять самообладание, чтобы не дрожали ни руки, ни голос. - Тихо. Ребята, - она обратилась к стоящим вокруг, - всё это произошло при вас?
- Да, - отозвалась большая часть присутствующих, и лишь несколько человек отрицательно качнули головами.
- И все это слышали?
- Нет, учитель, нет, - тут и там раздавались робкие голоса.
- Я тихо сказал. – Спокойно произнес Люка. - Не хотел раздувать. Но, видимо, по больному попал…
- Я поняла тебя. Он говорит правду? – Обратилась девушка к Зоэ, запоздало понимая, сколь неправильно поставила озвученный вопрос, и вспыхнувшие щеки мальчишки стали тому лишним доказательством.
- Он сказал это, учитель, - тихо отозвался тот, несомненно, тоже заметив какой-то подвох в её вопросе. Теперь подумает еще, что она специально…
