- Потому что Вы мастер, Виктор, и я, поверьте, не ожидал, что Вам в некоторых вопросах придется уделять внимания не меньше, чем кадетам-первокурсникам. – Кажется, разговор этот начал порядком утомлять Алексиса – слишком уж быстро собеседник из логичных аргументов скатился в излишне эмоциональный протест. И вообще, с каких это пор он снова обращается к Виктору на «Вы»?..
- «Уделять внимание»? – Переспросил меж тем тот, едва сдерживая новую волну холодного негодования. - Да Вам вообще нет до них дела. Вы преследуете исключительно свою цель, а они – лишь инструмент, который рано или поздно перестанет приносить Вам пользу, и Вы про него забудете… - Внутри что-то противно похолодело. Проклятая Империя, нет, не забудет. Но как же он прав. – И дураку понятно, что ради должности Вы готовы по головам идти, но они дети, Брант! - …Только вот боится Виктор на деле не за мальчишек, а за себя, за то, что его первый набор провалится и будет расформирован, а сам он – отправлен на переподготовку. И плевать на самом деле ему, ведь ему от этих ребят было бы совершенно достаточно лишь подчинения и отсутствия всех тех проблем, что свалились разом на четвертую группу первого курса. Дети, Средние… Кажется, Берген готов найти добрый десяток причин, почему ими можно и нужно лишь командовать и управлять.
«…ты просто жить не можешь спокойно, если есть кто-то, кто тебе не подчиняется. А я тебе не нужен - никогда не был и не буду», - гулким эхо прозвучали в ушах Алексиса хлестнувшие однажды так больно слова. Проклятье. Как же они с Виктором похожи, и как же далеко оба зашли, преследуя собственные эгоистичные цели.
- Они не дети, они совершеннолетние, - бросил он сухо и холодно, - и, чем сильнее Вы хотите заставить их подчиняться, тем выше шанс их сломать. А вовсе не давая им выбор и право голоса. А в нашей группе, к сожалению, и так осталось уже слишком мало кадетов, что бы еще кого-то терять.
- «В нашей»? Это Ваша группа, Алексис. Я не имею к ней никакого отношения, и не желаю иметь, но меня никто не спрашивает, чего я хочу, поэтому я здесь. И Вас, Брант, несмотря ни на что, тоже никто не спрашивает, меня Вы хотите видеть своим напарником или нет. Я, поверьте, свой первый набор и своего будущего напарника тоже представлял совсем не так. Не понимаю, как Даниел Оурман столько времени терпел Ваше самодурство. – Бросил младший Берген, сощурив серо-голубые глаза.
О-оу, мальчик, а ты далеко зашёл.
- Понятия не имею, о чём Вы говорите. - С холодным спокойствие отозвался Алексис, скрестив руки на груди. Виктор побледнел, запоздало осознавая свою промашку. – В отличие от Вас, Виктор, я здесь, потому что я хочу быть здесь. И я работаю с этими мальчишками, потому что хочу с ними работать. И, несмотря на то, что они Средние, я хочу научить их мыслить и выражаться, вместо тупого подчинения приказам – за этим стоило бы идти в охранку, но мы с Вами здесь, а не там. И, если бы вся моя цель заключалась, как Вы говорите, в одной лишь должности, мне было бы плевать, подчиняются они, ломаются или хоть сколько-то продвигаются вперед, а этого нелепого разговора не было бы и в помине. По-моему, вся Академия давно знает, что я – мы с моим предыдущим напарником - работали не так, как большинство остальных мастеров. Вам стоило быть в курсе. А зачем Вы стали мастером, Виктор? Чего Вы хотите добиться? Вы говорите, что они дети, а я их сломаю тем, что научу излишне много думать? Полагаете, молчаливое подчинение их не сломает? Да еще и подчинение непосредственно Высоким? Как и когда, по-вашему, они смогут стать взрослыми, если ничего не смогут решать? Понимаю, непросто начинать с чужой группой, проблемной группой, да еще и после такого долгого перерыва по здоровью, но, знаете, потерпеть еще один семестр и попробовать летом начать всё заново для Вас было бы логичнее и правильнее, чем искать – или создавать – повод запрашивать нового напарника. Тем более, что Вам его всё равно не дадут как минимум до тех пор, пока еще два человека не получат колец мастера – штат укомплектован. Даже Мастер Рейн сейчас не получит второго кольца – пока Мастер Аккерсон остается без пары. – Несмотря на ледяное спокойствие голоса, изнутри Алексис готов был закипеть и вспыхнуть в любую секунду. Каков реальный шанс того, что Виктора перенаправят к Беллану? Каков шанс, что, вновь оставшись без напарника с проблемной группой, Алексис, как мастер, сумеет сохранить свои особые права? – Как бы то ни было, научитесь себя вести или запомните хотя бы, что ликвидированные не упоминаются, потому что никогда не существовали.
По-прежнему бледный, Виктор посмотрел на молодого человека долгим, куда более задумчивым, нежели оценивающим или враждебным взглядом и, едва уловимо кусая нижнюю губу, направился к выходу, так ничего и не произнеся.
- И еще, знаете, что? – Обратился к напарнику Алексис, вынуждая его остановиться. - Если бы Системе они не были нужны – мыслящие Средние, а не только подчиняющиеся, - в Академию их бы не набирали вовсе. Спасибо за прямой разговор.
