Длинные лавки перемежались с такими же длинными столами, какие-то нелепые металлические нары были укрыты сильно запыленными, темно-коричневыми одеялами, местами потрепанными молью. У дальней стены, помимо еще пары дверей (а как вообще различить, которая из них в какое из названных помещений ведет?) – шкафы и большие тумбы с ящиками, больше похожие на огнеупорные сейфы, нежели на нормальную мебель. Ладони сразу же стали черными от одного лишь прикосновения к ним. Ия присела на корточки и нерешительно открыла один – со страшным скрежетом, прорвавшим непроницаемую тишину, укутывавшую подземелье, словно толстое одеяло. Только теперь девушка и обратила на нее внимание – никогда прежде, пожалуй, ей не доводилось слышать подобной, нарушаемой лишь собственным дыханием, словно уши заткнули ватой. В ящиках она нашла противогазы, перчатки и что-то еще, вероятно, тоже какие-то средства личной защиты, запечатанные в большие, плотные целлофановые мешки с номерами и штрих-кодами.
На запыленных стеллажах - книги, старые, бумажные, переплетенные, каких сейчас уже почти не найти. Не то, что бы так уж много, но достаточно, пара длинных рядов на полках. По крайней мере, столько разом ей нигде, кроме хранилища школьной библиотеки, где она, уже теперь, будучи преподавателем, бывала пару-тройку раз, девушке видеть не доводилось. Ия завороженно вгляделась в названия на старых, замусоленных корешках: “Молитвы и гимны Великой Империи”, “Гимны. Слово Хвалы”, “О трех храбрых” том второй (без первого), “По воспитанию достойного Среднего”, “С честью во взрослую жизнь: юношеское пособие для подготовки к Посвящению”, “Устав Великой Империи”… Взгляд девушки задержался на последнем названии: чудеса, да и только! Вот уж что ей действительно всегда хотелось прочесть… Просто так, узнать насколько оно отличается на самом деле от тех “уставных правил”, на которые все ссылаются, а в глаза никто и не видел. Хотя, говорят, «Устав» тоже в двух редакциях есть: для Средних и для Высоких, уж последний-то точно никак не найти… Да, здесь Ия тоже, как и во всем прочем в общем-то, была уверена, что всё – ложь, что не так всё, как представляется Высокими, не так, как безмозгло принимают на веру Средние массы… Даже интересно, что здесь делает эта книга – запрещенной она, конечно, едва ли считалась для Средних, всё-таки, главный Закон Империи, как ни крути, но и заполучить Устав просто так, почитать, казалось совершенно абсурдным для адекватного взрослого человека, тем более, что прочие книги явно направлены были на воспитание духа Империи в подростках-школьниках. Девушка взглянула на часы и, убедившись, что у нее еще есть немного времени в запасе, начала читать – прямо так, стоя, чтобы ни обо что не запачкать платья, жадно глотая слова, и только спустя не менее получаса спохватилась, словно неожиданно вынырнув из-под воды, что пора бы уже думать о возвращении. Да, домой её, конечно, не понесешь… Что ж, значит, будет повод вернуться? Ия спешно втиснула Устав назад на полку и направилась к выходу, сжимая в холодной и грязной ладони два ключа, когда поняла внезапно, что едва заметно, словно бы тайком, сдерживает коснувшуюся губ улыбку, и не на шутку испугалась самой себя.
***
Время было уже послеобеденное, когда Алексис вышел из Академии и стремительно направился вниз по ступеням к припаркованному недалеко от высокого крыльца черному автомобилю, но, едва успев открыть дверцу, услышал звуки знакомого голоса, окликнувшего его издалека.
- Брант! Брант, стой, не игнорируй меня, - Даниел одним широким шагом преодолел последние три ступени, оказываясь возле машины Алексиса и, недолго церемонясь, уже открывая дверку, - подбрось, а? Мне всё никак эту проклятую подвеску не сделают, представляешь? - Устало выдохнул он.
- Так давно надо было устроить им разнос по полной программе, чтоб неповадно было, - холодно ответил тот, опускаясь за руль, - тоже мне техники… В конце концов, ты же им деньги не за просто так платил. И вообще, Оурман, тебе идти несчастных десять минут, не ленись.
- А ехать – четыре, - пожал плечами Оурман, как всегда с деланной невинностью хлопая глазами, - а время, как ты знаешь, - деньги. Давай, сам не ленись, тебе для меня объехать всего один лишний квартал. - Молодой человек в своей неизменно суетливой манере чуть неловко опустился на темное пассажирское сиденье подле Алексиса и, захлопнув дверь, пригладил ладонью как всегда непослушные кудри, едва уловимо отливающие рыжиной в горячих лучах летнего солнца. - Ну что, как оно?
- Даниел, у нас финансирование вообще планируется в этом году? – Вопросом на вопрос ответил молодой человек, аккуратно выворачивая на проезжую часть. - Даже учеба уже началась, а никто ничего по-прежнему не знает. Нормально так… Ладно еще форма, а остальное? Вы смотрели когда-нибудь среднестатистические доходы их семей? Братья Драй – с родителями вчетвером – живут на сто десять тысяч крон в год. Сравнил, да? У меня – и у тебя, если доход Ангелы не брать в расчет, - столько на одного выходит – и уж, прости меня, никак не на целый год.
