Пока отстегиваю Одри и веду к банкетке, думаю о том, почему она меня так захватила. Чем покорила настолько, что я чуть ли не с первой нашей встречи не могу перестать думать о ней. Наблюдаю за тем, как она доверчиво переставляет ноги за мной. Я веду ее за руки, а она даже не притормаживает и не замедляет шаг. Она наконец верит, что со мной находится в безопасности. Укладываю Одри спиной на банкетку и решаю испытать ее преданность и послушание. Опускаю ее руки по бокам, раздвигаю ноги и сажусь между ними. Снимаю повязку и она растерянно моргает, оглядываясь по сторонам, пока в фокус не попадает мое лицо. Одри слегка хмурится, но не со злостью. Она устала и хочет получить то, зачем пришла. Еще немного, и я доведу ее до желанного состояния.
– Возьмись за края банкетки. – Одри выполняет и кожаная обивка под ее руками слегка поскрипывает. – Не отпускай, пока я не позволю. Это ясно?
– Да, сэр. – То, как эти два коротких слова слетают с припухших губ, кружит мне голову.
Я решаю не сдерживать своих порывов. Наклоняюсь и, проведя носом по ее шее, касаюсь ее губ своими. Она тут же приоткрывает рот и низко стонет, впуская мой язык. Она сладкая, острая, горячая и манящая. Не могу насладиться ее вкусом, снова и снова запускаю язык ей в рот в попытке получить еще больше, если такое возможно. Одри как наркотик. Тяжелый, к которому привыкаешь с первого раза и на всю жизнь. Хочу ее всю: каждый вскрик, вдох.
Не отрываясь от ее губ, натягиваю следующий презерватив и медленно вхожу в нее. Одри протяжно стонет мне в рот, а потом я чувствую ее руку на моем затылке. Резко отпрянув, хмуро смотрю на нее.
– Простите, сэр, – дрожащим голосом произносит Одри и возвращает руку на место.
– Я еще накажу тебя за это , саба.
– Спасибо, сэр, – выдыхает она, и меня омывает горячей волной удовольствия.
Я начинаю двигаться ритмичнее, а потом совсем перехожу на жесткий карающий темп. Грудь Одри подскакивает, а цепочка, соединяющая зажимы для сосков, танцует на ее плоском животе. Хватаюсь за нее и тяну на себя. Одри выгибает спину и кричит так громко, как будто еще немного ощущений – и она умрет от переизбытка удовольствия и боли. Зажмуриваюсь и поднимаю голову кверху, впитывая происходящее между нами. Двигаюсь быстрее, еще быстрее. Одри стонет. И в этот момент я отпускаю цепочку и берусь за лежащий за спиной вибратор. Включаю на самую маленькую мощность и прикладываю к клитору Одри. Ее стоны превращаются в неразборчивый всхлип и вскрики. Взяв ее второй рукой за плечо, я вколачиваюсь в нее, как умалишенный, желая подарить сабе оргазм, стоящий тысячи таких.
Она взрывается внезапно, с глухим рычанием.
– Смотри на меня! – выкрикиваю я, и Одри подчиняется.
Затуманенный взгляд, наполненные слезами глаза, дрожащие губы и стоны, которые любого мужчину сведут с ума. Черт, Одри Ланкастер стоит того, чтобы проползти перед ней на коленях, если каждый раз я буду получать такое зрелище от нее. Я не замедляюсь ни на секунду. не хочу потерять драгоценные спазмы ее киски, которая сжимает меня, как в тисках. Мое собственное освобождение приходит через несколько секунд и, сжав челюсть, я изливаюсь в презерватив. Перед глазами летят искры и темнеет. В висках пульсирует, а сердце глухими частыми ударами прокладывает себе путь наружу. Первый раз в жизни я кончил так мощно.
Когда все заканчивается, я смотрю на Одри. Ее пальцы вцепились в обшивку банкетки так сильно, что побелели костяшки, а во взгляде такая растерянность, как будто она потеряла нечто очень важное, и не поймет, как это произошло.
Пришло время позаботиться о ней, и я получу от этого удовольствие не меньше, чем от секса.
Слишком много. Его слишком много для меня. Он так умело управляет моим телом, что меня не покидает ощущение, словно не я являюсь хозяйкой своих конечностей. Как только я рассыпаюсь в его руках на тысячи осколков, то думаю, что на этом все закончится.
– Умница, – хрипло произносит Келлан, и гладит меня по щеке.
– Спасибо, сэр, – шепчу я.
Мое состояние можно назвать «на грани истерики», но я не стану показывать ему свою слабость. Во мне еще достаточно сил, чтобы подняться, одеться и уехать домой. Там я смогу спокойно анализировать то, что произошло. И я не нуждаюсь в его утешении. Только сейчас я начинаю думать, насколько слабы все нижние, раз у них каждый раз после сессии истерика.
Пытаюсь встать, но Келлан отрицательно качает головой.
– Я еще не закончил.
– Что? Какого…
Он так резко хватает меня за шею, что я даже не успеваю сделать вдох, и теперь жадно глотаю воздух, пытаясь насытить легкие. Келлан приближает свое лицо к моему.
– Я сказал, что не закончил, а ты снова напрашиваешься, чтобы тебе заткнули рот. – В секунду его грозный взгляд наполняется удовлетворенной догадкой. – Кажется, я знаю, как это исправить.
Он встает с банкетки, берет меня за лодыжки и двигает к краю, потом переступает через меня одной ногой, и вот уже в нескольких сантиметрах от меня нависает его снова твердый член. Машина какая-то, а не человек.
