— Террористы установили на крыше радар. Послушная маленькая штучка. Включается каждые тридцать секунд. Осматривает все. Всегда на одной и той же частоте. Отключается. Могу поспорить, что если мы попытаемся его заглушить, или он поймает посторонний входящий сигнал, нам не поздоровится. И у них есть несколько человек, дежурящих на крыше. На что хотите поспорить, что они вооружены самонаводящимися ракетами?
— Пробовали внедрить нано-жучки?
— Пытаетесь научить маму сосать яйца, лейтенант? — нахмурилась капитан. — Я отправила несколько с челноком, на котором вы сюда добрались. Первый жучок сгорел через тридцать секунд после того, как попал внутрь. А потом они позвонили и сказали, что расстреляют заложника, если пошлем туда еще хоть один жучок.
— Думаете, они это серьезно? — спросила Крис.
— Кто знает.
— Эта трансляция в реальном времени? — Крис кивнула на изображение антенны установленной на крыше конференц-центра и, одновременно, решая вопросы, способные облегчить отношения с капитаном эсминца.
— Да, когда все началось, я запустила спутники, на складах «Хэлси» обнаружилось несколько. Один постоянно находится на геостационарной орбите.
— Но мы не знаем, что происходит внутри, — проворчала Крис.
— Не совсем так, — сказала Пенни. — Их глушилка блокирует связь центра, но у нее есть предел дальности. А у нас внутри есть женщина, она сейчас на пределе этого диапазона. Она с нами разговаривает. Говорит, террористы застрелили около двух десятков человек, пока занимали главный зал. Крепят взрывчатку к опорам зала. Заложники на полу, их сковывают наручниками группами по пять-шесть человек. Ой, добрались до нашего человека. С этой секунды больше новостей изнутри у нас не будет.
— Томми и Ахоло в порядке? — спросила Крис.
— Она сказала, что Ахоло была в порядке. На счет Томми она не знает, потому что с ним не знакома, так что мне придется нервно грызть ногти. Крис, когда отправимся их вытаскивать?
— Мне нужны проектные схемы здания.
— Над этим работают, — сказала Пенни. — Ладно, у главного входа начинает что-то происходить.
Взгляды всех присутствующих на мостике повернулись к экрану, транслирующему местные новости. Вот из главного входа здания конференц-центра на улицу вышел большой островитянин в лавалаве. Крис узнала Вею Икале, главного советника королевы, исполняющего те же обязанности при Ахоло. Рядом с ним шла женщина в деловом костюме. Оба подняли руки, шли медленно. Прошли метров двадцать, половину пути до противоположной стороны улицы, когда автоматный залп террористов в масках мгновенно скосил обоих.
— Могу спорить, — сказала Сантьяго, — что женщина и была той, кто с нами разговаривала.
Мгновение спустя на улице появились другие заложники. Они выносили тела и складывали их на краю тротуара. Внимание привлекла одна из женщин. Когда она с напарником положила на тротуар труп, немного постояла, глядя на мертвеца, а потом бросилась бежать прочь от конференц-центра. Ей почти удалось добежать до укрытия, когда раздалась короткая очередь и женщина замертво упала на дорогу.
— Какие у них требования? — спросила Крис, конкретно ни к кому не обращаясь. — Чего они хотят?
— Вот это они и хотят сказать, — ответил Джек. — Они не боятся убивать людей, кем бы они ни были. У них преимущество. И расскажут, что хотят тогда, когда это им будет удобно.
— С этим не поспоришь, — вздохнула Сантьяго, снова всматриваясь в данные на столе. — Пенни, нам нужны проектные схемы.
— Может, после всего этого мои контакты заработают поусерднее.
— Сейчас, когда мы начали понимать друг друга, — с экрана раздался уверенный голос. Снова взгляды всех присутствующих повернулись к экрану. Голос был молодым и очень, очень уверенным. — Мы хотим планетарного правительства, такого же, как на других планетах. Парламент, скажем, с двумя сотнями депутатов. Один мужчина, одна женщина, один голос. Для островитян ничего особенного. Мы все одна большая счастливая семья. Возможно, парламент согласится и на королеву. Конституционную королеву. Я не против за свои деньги обладать голыми сиськами какой-нибудь островной милашки. Но никакого вето, никакого контроля.
— Я слышал, здесь люди уполномочены голосовать именно за такое правительство. Они были немного застенчивы, те, кто пытался сражаться с нами и те, кто болтал, когда не следовало. Те, кто говорил по телефону, хотя им было сказано не делать этого. Но в остальном, они ведь могут проголосовать за такое правительство очень быстро. Как только проголосуют, мы исчезнем.
— Но мне сказали, что политикам зачастую может потребоваться вечность, чтобы выбрать форму стола, за которым они будут заседать, поэтому, полагаю, нам лучше их поощрить. Если они не выдадут конституцию для голосования, скажем, до шести вечера, мы позволим выйти из здания еще троим, и посмотрим, смогут ли они добраться до укрытия. В полночь выпустим четверых. Кто знает, может, кому-то повезет спастись в темноте. Утром выпустим пятерых. И каждый раз количество будет увеличиваться, пока не закончатся делегаты или пока оставшиеся не дадут нам конституцию.
