– Да, я понимаю, – с трудом проговорила Каролина. – Я думала… Мистер Беллингхем сказал… Спасибо, что подумали об этом, сэр. Я знаю, я сама во всем виновата, но не считаю, что совершила какое-то ужасное преступление. – Ее глаза блеснули. – Вы не соблазняли меня, значит, вы невиновны.
– Нет, я виноват, Каролина, – искренне сказал он. Его лицо было серьезно, даже сурово. – Я люблю поддразнивать людей, провоцировать их на безрассудные поступки, на которые они при других обстоятельствах ни за что не решились бы. Именно это произошло в вашем случае. Следовательно, я должен сделать все, что в моих силах, чтобы…
– Нет! – поспешно сказала Каролина. – Я не уверена, что именно вы сейчас имеете в виду, сэр, но скоро я уеду из Лондона, чтобы навестить дедушку. Думаю, будет лучше, если вы подождете до моего возвращения… если вы в самом деле хотите что-то сказать мне.
Почувствовав, что краснеет, Каролина опустила глаза.
– Хорошо, если вы так хотите… Мне есть что вам сказать, Каролина, но это может подождать несколько недель.
– Благодарю вас, – ответила она и улыбнулась ему. Ее улыбка в это мгновение была такой манкой, такой очаровательной, что у Фредди закружилась голова. – Вы очень добры, сэр, и я рада, что вы на меня не сердитесь.
– А мне есть за что сердиться на вас? – удивленно спросил он.
Каролина глубоко вздохнула:
– Мне показалось, что вы рассердились, там, в гостинице… когда Том был ранен.
– Я действительно разозлился, но не на вас, а на то, что случилось, – сказал он. – Вы ведь могли серьезно пострадать, Каролина. Именно поэтому я должен на несколько дней покинуть Лондон. Если хотели причинить вред одному из нас, нужно провести расследование.
– Спасибо, сэр, вы очень добры.
– Все, что касается вас, касается и меня, Каролина. Кроме того, неизвестно, кто был мишенью злоумышленника. Возможно, у меня есть враг. Со мной он может делать все, что угодно, но совсем другое дело, когда речь идет о безопасности других… о вашей безопасности, Каролина…
В его глазах была такая искренность, такая тревога, что сердце Каролины сжалось. В это мгновение она поняла, что их связывает нечто особенное. Она не успела ничего ответить – музыка смолкла, и к ним приблизилась Салли Джерси.
– Сэр Фредерик, это такая честь для нас, – сказала она, бросив на него любопытный взгляд. Затем многозначительно посмотрела на Каролину: – Вам необычайно повезло, мисс Холбрук. Не буду углубляться в подробности, скажу только, что теперь нам все известно – в то утро вы были с визитом у леди Страуд. Немного странно, конечно, что вас видели в гостинице вместе с сэром Фредериком в столь ранний час, но он, видимо, вынужден был сделать остановку из-за проблем с упряжью. Видите, все и выяснилось. А теперь, Каролина, я прошу вас подарить один танец молодому джентльмену…
Фредди смотрел вслед Каролине и Салли.
– Что ж, гнедые – твои, дорогой друг, – кивнул он подошедшему Джорджу. – Мы ведь заключили пари: если ты увидишь меня здесь, значит, я решил жениться.
– При данных обстоятельствах у тебя не было выбора, Фредди, – ответил Джордж. – Если помнишь, мы договаривались подождать до Рождества.
– Прекрасно, – сказал Фредди, нахмурившись. – Хотя я не уверен, что мне хватит двух месяцев. Не знаю, захочет ли она вообще выйти за меня…
Каролина сидела у окна в своей комнате. День был дождливым, и улицы Лондона окутала серая пелена. Мысли Каролины текли совсем не в том направлении, в каком ей хотелось бы. Она была почти уверена, что сэр Фредерик намеревался просить ее руки и собирался сделать предложение только из-за скандальных слухов, порочащих ее имя. Он покинул клуб вскоре после того, как завершился танец, но леди Страуд провела на балу еще почти два часа. Большую часть этого времени она продержала Каролину рядом с собой, представляя ее всем как свою новую подругу.
– Мой крестник недавно привез ее ко мне рано утром, – стоически лгала леди Страуд, – и мы сразу понравились друг другу. Эта девушка мне по душе. Люблю смелых женщин и терпеть не могу слабохарактерных дурочек!
Ее слова вызвали вежливый смех, это означало, что скандал Каролине больше не угрожает. Она внимательно наблюдала за происходящим, и скоро ей стало ясно, что леди Страуд была поборницей нравственности и большим авторитетом в вопросах соблюдения приличий. Покидая бал, она пригласила Каролину как-нибудь навестить ее и выразила надежду на то, что в будущем они станут хорошими друзьями.
Каролина поблагодарила леди Страуд за то, что та пришла к ней на помощь, и получила в ответ суровый взгляд.
– Я не привыкла лгать, юная леди. Впредь ведите себя так, чтобы мне не пришлось сожалеть об этом вечере. Я очень привязана к Фредди. У него долг перед семьей. Он должен позаботиться о продолжении рода, а у его жены должна быть безупречная репутация.
Каролина пробормотала что-то подходящее случаю. Она была искренне благодарна старой даме за помощь, и, хотя по дороге домой ей, вероятно, предстояло выслушать еще одну порцию нравоучений от тетки, она знала, что поведение леди Страуд произвело впечатление на тетю Луизу.
