По правде говоря, она не собиралась рыдать как белуга. Настоящие леди должны плакать так, чтобы слезы, словно капельки утренней росы, только слегка увлажняли глаза, как бы намекая на тяжелую душевную боль. Леди также не должны громко рыдать, всхлипывать и биться в конвульсиях. Анна же содрогалась всем телом, у нее свело желудок, и она не кричала только потому, что ей трудно было дышать. Мадам Суй не на шутку встревожилась. Даже охранник испуганно отступил в сторону. Честно говоря, Анне не хотелось пугать этих людей, но у нее случился настоящий истерический припадок. Она продолжала всхлипывать, содрогаясь всем телом, и едва не захлебывалась от слез.
Затем она уткнулась в юбку, пряча лицо от стыда. Правда, стыдилась она не того, что дала волю своим чувствам, а того, что не смогла взять себя в руки. Но это всегда было ее самой большой проблемой. Анна не умела остановиться вовремя.
Взволнованная мадам Суй хлопотала вокруг нее.
— Благородная леди… Благородная леди…
Анна хватала ртом воздух, пытаясь успокоиться, но все ее усилия были напрасны. В отчаянии она подняла глаза, показывая, какие ужасные муки испытывает ее несчастная душа.
— Опиум, — прошептала она. — Прошу вас…
Мадам Суй сразу успокоилась и понимающе посмотрела на нее. Анна слегка выпрямилась и бросила на женщину полный надежды взгляд, а потом протянула к ней руки.
— У вас есть хоть немного? Не могли бы вы…
— Что ж, я вижу, вам стало лучше, — внезапно раздался чей-то спокойный голос. Это был
Она даже не повернула голову в его сторону и продолжала смотреть на мадам Суй, которая собиралась что-то сказать. Наверное, хозяйка хотела предложить опиум, но не успела. Анна увидела, как мадам Суй быстро опустила глаза и попятилась, давая дорогу мандарину.
Да, Анне хотелось, чтобы он убрался отсюда как можно скорее. Она бросила на него злобный взгляд. От неожиданности он даже остановился, широко раскрыв глаза. Однако он тут же взял себя в руки и подошел к ней поближе. Возможно, заметив, что она так до конца и не смогла отмыться от грязи, он презрительно поморщится, а потом просто повернется и уйдет? Тогда она снова попытается договориться с мадам Суй. Но вопреки ее ожиданиям Чжи-Ган не ушел. Он сел перед ней на корточки — совсем как кули, — широко разведя колени и почти касаясь задним местом пола. Они смотрели друг другу в глаза, хотя его голова находилась немного ниже. Коснувшись рукой ее подбородка, палач слегка приподнял его.
— Все это было для тебя слишком тяжелым испытанием, — мягко сказал он.
У нее на глаза снова навернулись слезы, и она едва не произнесла свою просьбу вслух. Доведенная до отчаяния, Анна была готова попросить палача, чтобы он достал ей опиум, но в последний момент передумала и решила не терять благоразумия.
— Мы снова вернемся на корабль? — тихо спросила она. Там остался ее мешок с опиумом. Она намеревалась его продать, чтобы уехать из этой Богом забытой страны. Но какая теперь разница? Если ей дадут опиум, то почему бы не покурить?
Чжи-Ган укоризненно покачал головой и нежно провел пальцем по ее щеке.
— Не сейчас. Мы должны дождаться губернатора и поговорить с ним.
К ним подбежала мадам Суй, ее глаза блестели от волнения.
— Губернатор! Он приедет сюда? — удивилась она и, повернувшись к ним спиной, быстро затараторила что-то по-китайски. Она говорила так быстро и с таким сильным акцентом, что Анна почти ничего не поняла, расслышав только слова «клецки» и «побольше вина».
Анна отвернулась, утратив интерес к происходящему. Теперь она снова смотрела прямо на палача, который продолжал поглаживать ее по щеке. Посмотрев на ведро с водой, он скривился.
— Мадам Суй! — закричал он. — Принесите чистой воды. Эта вода грязная!
— Да, да, ваша честь. Конечно! — пробормотала хозяйка и, подбежав к ним, схватила ведро. Анна посмотрела на нее, и их глаза встретились. — Вы, благородная леди, дождитесь губернатора. Он вам поможет, — сказала мадам Суй, которая немного задержалась возле Анны, чтобы передать ей это сообщение.
Анна нахмурилась, пытаясь понять, что она имела в виду. Неужели губернатор привезет ей опиум? Конечно! Какая же она глупая! Поставщики опиума всегда сотрудничают с местными властями. Нелегальная торговля процветала только благодаря тому, что местные чиновники всегда охотно брали взятки.
