Он продолжал дружить со своей компанией, и я заметила, что только с ними Третьяков мог становится самим собой – улыбался, потирая затылок, шутил и обнимал каждого. Это мне напоминало наше с ним проведенное вместе время.
Но стоило ему увидеть меня, как он тут же менялся. Я приняла это как факт того, что Дёмин и его компания что-то про меня ему наплели, настроили серьезно против нашего с ним общения. Даже тот разговор, который я случайно услышала, почти что доказывал, что они сделали это намеренно. Однако я хотела услышать от самого Юлиана, так ли это на самом деле.
Я проглотила ком в горле и дернула ручку калитки. Она легко поддалась мне и открыла вид на внутренний двор дома. Теперь тут стало намного лучше, чем раньше.
Куча пушистых зеленых кустов, газон, на котором располагались зонты и шезлонги, чтобы загорать под ярким солнышком. Неподалеку стоял большой новый гриль и стол под навесом для уютного ужина на улице.
Вижу, что под ногами теперь появилась каменная дорожка, которая посередине разделялась на две тропы: одна к дому, другая к бассейну. Уже отсюда я видела, как блестела на солнце чистейшая и голубая вода, в которой кто-то плавал. Я не стала вглядываться и просто двинулась вперед.
– Эй.
Я подняла глаза и увидела, что на высокой лестнице стоит Третьяков, держа в руках валик с бежевой краской. От одного внешнего вида парня мурашки прошли по коже.
Юлиан стоял во весь свой рост, без какой-либо футболки или майки, будто красуясь своим спортивным телом. Мой взгляд проскользнул по его мощным мышцам и точеным плечам, а потом я заметила, как пот мелкими каплями спускается все ниже, заставляя меня краснеть. Мокрая дорожка скрывалась за резинкой шорт, которые еле держались на широких бедрах парня. Я отвела глаза в сторону, понимая, что стою и слишком открыто пялюсь на своего же бывшего друга.
– Ты о чем-то хотела поговорить? – Юлиан ловко спустился вниз и, взяв со стула чистое темно-синее полотенце, вытер лицо и шею.
– Да, у меня есть парочка вопросов к тебе.
– Валяй. – Он выпил остатки воды из бутылки и слегка морщится из-за того, что возможно она уже не настолько холодная, как раньше, а после выкинул ее в мусорный бак рядом с лестницей.
– Почему ты помогаешь моим дедушке и бабушке? – я нахмурилась, скрестив руки на груди. Третьяков глядел на меня с удивлением, а после хмыкнул, подходя чуть ближе.
– Ты могла и по СМС это спросить, а не лично идти сюда.
– Какая уже разница? Я пришла и хочу знать ответ, – я приподняла подбородок вверх, давая ему понять, что не отступлю, пока не услышу то, чего хочу.
– Потому что они хорошие люди и относились всегда ко мне с любовью и заботой. Я им за все благодарен. Даже считаю их своими родными, ведь ты прекрасно знаешь, что, кроме родителей и брата, у меня больше никого нет, – Юлиан бросил на меня печальный взгляд, под которым я моментально почувствовала себя не в своей тарелке.
Я много чего о нем знаю.
И да, у него нет бабушки и дедушки, как у меня. Со стороны матери бабушка умерла еще давно, когда нам было по десять. Только вот она жила в другом городе и даже никто не мог за ней ухаживать. Женщина мучилась из-за болезни, а после скончалась. А со стороны отца семья не поддерживала общение с родными внуками, сказав, что им не нужны дети от этой женщины. Это они говорили о родной матери Юлиана и Саши.
Я знала не совсем много, но помнила, как оба брата упоминали не раз, что бабушка и дедушка отреклись от собственного сына из-за неподходящей невестки, хотя отец очень любил свою жену и был готов ради нее даже прекратить общение с родителями. Мужчина сделал свой выбор в пользу жены и детей, стараясь дать им все, что они пожелают. Поэтому неудивительно, что Юлиан вырос таким мягким и нежным, неконфликтным и радующимся по каждой мелочи.
Сашка, конечно, полная его противоположность – был бунтарем, требовал свободы, сбегал из дома и вечно ругался с родителями. Но те терпели его выходки, стараясь сохранить хорошие отношения. Порой Саша мог извиниться за сказанные обидные слова или же когда без спроса убегал к друзьям на ночевку, но все равно продолжал делать это снова.
А все прекрасно знают, что родители любят своих детей любыми. Хотя обидно, что бабушка и дедушка никак не поддержали семью Третьяковых.
Юлиан быстро прикипел к моим родным. Чуть ли не бежал к ним, стоило нам приехать их навестить.
– Спасибо, что помогаешь им, несмотря на то что мы больше не дружим. Ты ведь не говорил им?
– Нет. Я еще давно понял, что ты им ничего не рассказала, поэтому тоже держу язык за зубами, – Юлиан вздохнул, закидывая голову назад и упираясь руками в бока. – Это все, что ты хотела узнать?
– Почему ты перестал общаться со мной? – это было уже на автомате, потому что я не раз задавала ему этот вопрос, но Юлиан каждый раз молчал или уходил от ответа. А потом еще просил меня рассказать ему все подробности моего падения, когда сам не мог ответить на главный вопрос, который волнует меня не первый год.
