Постирал Павел одежду, просушил телефон. Вернулась домой павианка Ксения, и Павел извинился. А на работе никто так и не узнал, что павиан хотел начать новую жизнь. Все еще спали.
Первым очухался хомяк, прислал эсэмэс: «Паша, сорян, что макнул тебя вчера в говно. Не принимай так близко к сердцу».
А Павел отправил в ответ фото своего красного зада. Он добрый малый, этот павиан.
Жила-была в Москве куница с Дальнего Востока по имени Кун Айлин. Ученики называли ее Айлин, а подруги – просто Куни. Учила куница зверят китайскому и корейскому языку, ведь она родилась в семье китайских эмигрантов. У Куни был серьезный подход к языкам. Она так хорошо ставила произношение, что московские зверята болтали как настоящие панды. А двоечников куница заставляла жевать бамбук.
Все у куницы было хорошо, только с парнями ей не везло. Три года встречалась она с хонориком. Работал хонорик в поликлинике и не мог накопить на свадьбу. Все подруги Куни собирались замуж: у одной лось, у другой жираф, у третьей страус, у четвертой белый медведь. А хонорик пил пиво, смотрел телевизор, жрал пиццу и говорил, что в отношениях главное – это чувства, а не дебильный штамп в паспорте.
И вот однажды хомячка Екатерина предложила Куни стать подружкой невесты. Договорились они встретиться завтра в кафе, чтобы все обсудить. Приходит куница домой после занятий. А там хонорик валяется на диване в грязных трусах и смотрит футбол.
– Ты бы хоть посуду помыл! – говорит ему куница.
– Я ее не пачкал, – бурчит хонорик. – Я только пиво пил.
– А как ты относишься к свадьбе? – говорит вдруг куница.
– Да очень просто я отношусь ко всяким тупым обрядам, – говорит хонорик. – Допустим, залетела самка. Тащит своего ебыря в загс, чтобы не слинял. Потом разводит его на кучу бабла, покупает себе дебильное платье, делает ноготочки, ну, как принято у самок быдла, нанимает лимузин, привозит толпу родственников из Мухопиздопроебодрищенска, они нажираются в сопли, а этот ее самец болтается среди них как говно в проруби… Оно мне надо?
– Тогда прошу освободить мою квартиру, – визжит куница. – Какой-то бесполезный обрыган целыми днями валяется у меня в гостиной, сосет алкогольные напитки и не дает смотреть дораму Оно мне надо?
– Помою я твою сраную посуду! – визжит хонорик. – У тебя что, опять ПМС? Ты стала такой бестактной! Я же объяснял, что у меня маленькая зарплата, а мужчину очень унижает, когда баба намекает, что он нищеброд. Да, я не коплю на свадьбу! Но я не бесполезный обрыган, я людей спасаю! Работаю за идею!
– Мне надоело платить за твою идею, – отвечает куница. – Катерина выходит замуж, а ее медведь – программист и заколачивает кучу бабла. Поищу себе медведя!
Озверел хонорик. Визжит:
– Ну и пошла ты в жопу медведя! В Рашке не ценят жизни простых граждан, поэтому нам, врачам, платят копейки, а наглым медведям дают бешеные бабки! Уеду в ФРГ! Там уважают врачей!
Повизжал хонорик и вымыл посуду, потому что идти ему было некуда. Мама-норка и папа-хорек жили в Капотне и сильно пили.
А Куни сделала себе маску для волос и накрасила коготочки, чтобы Катя при встрече особо не зазнавалась.
Вот и суббота, встретились подружки в «Шоколаднице», едят лососину и бифштексы с яйцом «пашот».
– И все же, как быть с потомством? – спрашивает Куни. – Я, конечно, понимаю, что у моего хонорика мать норка, а батя хорек, но мы все из одного подсемейства. А как ты собираешься рожать от медведя?
– Ничего страшного, – пищит Катя. – Добрая волшебница Фемка обещала превратить меня в медведицу, когда я сделаю выбор, рожать или нет. Давай лучше подумаем, как быть с рестораном.
Вдруг все закроют из-за ковида? Я хочу снять большой коттедж где-нибудь в области, нанять повара. И жарить шашлыки, Фома их очень любит. Кстати, а твой хонорик приедет?
– Ханурик не приедет, – визжит куница. – Он меня достал! Нет ли у тебя на примете какого-нибудь программиста-девственника с большой зарплатой?
– А как же любовь? – пищит Катя.
– Как можно любить шовинистическое мужло? – визжит куница. – Я лучше стану лесбиянкой!..
А в это время позвонил Кате ее брат, хомяк Максим. Получил он приглашение на свадьбу от Фомы и задумался: где же та, кто осветит одинокий путь хомяка?
– Нет ли у тебя подруги моего размера? – спросил Максим у сестры. – Ну, в смысле чтобы трахаться половым сексом и никаких гендерных сюрпризов.
– Отстань, мы щас в «Шоколаднице» с куницей Куни, обсуждаем наши женские дела, – пищит Катерина.
Встал у хомяка. Начал он мило щебетать и поздравлять сестру и весь разговор записал. Прослушал шумы, определил по карте, в какой «Шоколаднице» сидит его сестра. Прыгнул в такси и примчался туда.
Заглянул в витрину. Великовата, но ничего. Зато девка видная и шерсть блестит. Забежал хомяк в кафе, прыгнул на соседний столик, заказал бутылку шампанского.
– Ах ты чертов сталкер, прекрати за мной следить! – пищит хомячка. – Знакомься, Куни, это мой брат Максим, он извращенец. А теперь всем до свиданья! Встретимся в другой раз!
Схватила хомячка сумочку и убежала. А куница за столиком сидит, ничего не понимает.
