Кто бы мог подумать, что виртуальная жизнь, несмотря на обилие в ней информации и кучу тонкостей, окажется в разы проще и понятнее реальной. Сколько ни пытаюсь разобраться, почему Леон впрягается за меня, отбивает от каких-то мужиков, рискуя собственной репутацией и жизнью, так и не могу найти ответ. Неужели настолько его зацепила?
Поворачиваюсь и смотрю на спящего Дамианиса. Мне бы поучиться у котяры, как справляться со стрессами и переживаниями, а то так и до рака какого-нибудь недалеко с такими нервотрепками.
Я задерживаю глаза на предплечьях Леона, потом на его сбитых костяшках, и воспоминания о пережитой ночи взрываются в голове новой вспышкой боли. Он ведь не убил тех троих? А если да? Развивать эту мысль страшно.
Удивительно, как можно одновременно испытывать к человеку влечение и в то же время его бояться? Убийственный коктейль. Недавно поймала себя на странном ощущении, что постоянно жду реакции Леона на проделанную мной работу. Он вслух может и не сказать, насколько доволен результатом, но хватает одного его взгляда, чтобы это понять. Его оценка безумно воодушевляет! Как и восхищает ум Леона, хотя принцип равновесия Дамианис, скорее всего, нарушил не один раз.
Деньги не берутся из воздуха, их приходится зарабатывать, а способы Леона не совсем честные. Так что ему заслуженно прилетело, если вынужден работать на людей, которые имеют прямое отношение к закону и теперь контролируют его свободу. Мне, собственно, тоже досталось.
Отвернувшись к иллюминатору, я смотрю на облака. Вид гипнотизирует, завораживает. Не знаю, сколько так сижу. Вздрагиваю от неожиданности, когда пилот по громкой связи сообщает, что мы пробудем в полете еще шесть часов, и желает пассажирам приятных сновидений. Свет в салоне гаснет. Я растираю затекшую шею и ненадолго засыпаю. А когда открываю глаза, вокруг все еще темнота.
Стараясь как-то отвлечься от мыслей о возможном падении в океан, читаю буклет про остров Маврикий. Котяра по-прежнему спит. Очевидно, решил отоспаться за все дни дисциплины.
Не представляю, как Леон живет в таком ритме. Зато понимаю, почему он финансово успешен. Да и в плане своего развития он тоже впечатляет: знает шесть языков и свободно на них разговаривает, разбирается в экономике и инвестициях, много читает. Я не видела, чтобы Дамианис сидел без дела.
Нет, иногда, безусловно, он отдыхает и, как все люди, смотрит телевизор, скроллит в телефоне новости. Но даже в эти мгновения Леон выглядит задумчивым, будто решает в уме какую-то сложную задачу или размышляет, как может применить эту информацию на деле. Он постоянно в режиме многозадачности.
Мне никогда не стать такой. Да и не хочется. Я вообще не знаю, чего хочу. Жизнь окончательно раскололась на до и после. Хотя еще месяц назад я твердо была уверена в том, что после отдыха подыщу себе жилье где-нибудь в красивом месте с видом на реку и буду штудировать объявления о работе. Потом попытаюсь влиться в новый коллектив и стану наслаждаться жизнью, которую сама себе создам. Создала.
Леон просыпается, лишь когда мы заходим на посадку. Он молчит и выглядит мрачным.
Зато остров встречает чудесной погодой. Солнца так много, что глаза с непривычки щурятся, а кожу от палящих лучей приятно покалывает.
В аэропорту нас ждет серебристый кабриолет. Водитель обращается к Дамианису по имени и пожимает ему руку, они о чем-то коротко переговариваются на языке, которого я не понимаю. Возникает ощущение, будто эти двое — давние знакомые. Леон кладет наши вещи в багажник, и мы располагаемся на заднем сиденье.
Отвлекать Дамианиса ненужными расспросами не берусь, да ему и не до того. Он что-то делает в телефоне, а когда освобождается, машина уже въезжает на территорию огромной красивой виллы. В полете я успела немного почитать об инфраструктуре острова. Так вот, место, где мы остановились, заявлено как люксовое и стоит немыслимых денег.
Возле входа нас встречают несколько человек. У одного в руках поднос с освежающими напитками. Я отказываюсь от алкоголя, но не от воды. Протираю предложенным полотенцем лицо и руки, мечтая встать под душ, а потом вытянуться на кровати.
Женщина небольшого роста представляется Зафи и ведет нас по каменной дорожке к вилле. Как и водитель кабриолета, она обращается к Дамианису по имени. Что-то обсудив с ним, она оставляет нас одних в гостиной.
Большие окна в пол открыты настежь, и с улицы проникает теплый ветерок, колышет белоснежные занавески и наполняет легкие умопомрачительно свежим ароматом. Чудесное место! Давно такой красоты не видела!
— Мне показалось или ты здесь не первый раз? — спрашиваю, вглядываясь в лицо Леона.
— Не показалось. — Он опускает глаза на белоснежное полотенце в моей руке, которым я протираю шею и декольте. — Несколько дней мне нужно поработать, решить кое-какие вопросы. Ты это время поживешь здесь, за пределы виллы выходить запрещено. Зафи в твоем распоряжении. Она говорит на английском и креольском, умеет делать лечебный массаж. Наслаждайся.
