Поднявшись на очередной холм, Лэйтэриэль восхищённо ахнула. Перед ней расстилалось пастбище, по которому бродило, наверное, с полсотни оленей. Изящные, длинноногие, в летней более тёмной бурой расцветке, хотя все равно то тут, то там мелькали белые и серые пятна. Самые крупные достигали, наверное, до двух метров в холке. А с ветвистыми рогами — и того выше. Они бродили группами или по одиночке и выискивали лишайник повкуснее.
Налюбовавшись видом благородных животных, Лэйтэриэль направилась к далёкой человеческой фигурке у довольно большого шатрообразного жилища. Олени, мимо которых она проходила, только косились на неё с любопытством.
При ближайшем рассмотрении фигурка оказалась принадлежащей женщине. Ей было, наверное, около сорока. Довольно высокая, с зачёсанными в косы тёмными волосами и чёрными глубокими глазами. У неё было выразительное лицо с выдающимися скулами и прямым носом. Простая, но добротная одежда: штаны из плотной грубой ткани и аккуратные сапожки, холщовая рубашка с крупной вышивкой, поверх которой была натянута жилетка из кожи, отороченная мехом. На шее болталось ожерелье из неровных тёмно-синих то ли камушков, то ли бусин.
Рядом с женщиной сидела крупная бело-чёрная собака, изрядно смахивающая на волка. Склонив голову набок, она подозрительно косилась на эльфийку.
— Мир вашему дому, — Лэйтэриэль сложила перед грудью ладони домиком, — и здоровья вашим животным.
Женщина, помедлив, кивнула и повторила жест, только после этого эльфийка подошла ближе. Собака тут же потеряла интерес к происходящему и поплелась куда-то за шатёр.
— Вы путешествовать? — неуверенно спросила она.
— Да, — эльфийка улыбнулась и махнула рукой, — к заливу Форхель.
— Только на ногах? — удивилась она. — Темнеть быстро. Большой расстояние…
Тут она всполошилась и кинулась в шатёр. Эльфийка, помедлив, двинулась за ней.
Отодвинув тяжёлый полог, она оказалась в большой круглой комнате. На лёгкий деревянный каркас была натянута грубая ткань, а поверх — шкуры. В центре на земле в углублении на камнях располагался очаг, на котором в чане побулькивало что-то аппетитное. Наверху было отверстие, чтобы уходил дым, большая часть пола застелена коврами, вместо кроватей — набитые травой лежанки, укрытые шкурами. Вещей был лишь необходимый минимум — чтобы при смене пастбища тащить меньше.
Женщина махнула рукой и указала на тюк, а сама начала возиться с очагом, перемещая котелок выше.
— Будь на ночь? — спросила она. — Утром идёшь?
— Было бы хорошо, — девушка улыбнулась и указала на себя, — Лэйтэриэль.
Женщина сначала не поняла, но потом сообразила:
— Асикан.
В виду того, что женщина плохо говорила на всеобщем, разговор особо не клеился. Она пыталась что-то спрашивать, но то и дело переходила на родной. А языка лоссотов Лэйтэриэль не знала. Тем не менее, удалось выяснить, что живёт Асикан здесь не одна, а с мужем и сыном, которые отправились осмотреть равнину, на которую они скоро погонят животных.
Чтобы не сидеть без дела, эльфийка вызвалась чем-нибудь помочь, но хозяйка настаивала, чтобы гостья сидела на месте. Впрочем, в конце она таки отправила девушку за водой, предварительно указав, в какой стороне находится ручей.
Идти пришлось довольно далеко, но вода нашлась легко — там паслось несколько олених — они были поменьше и рога у них были маленькими и практически не ветвились. Они глянули на эльфийку своими большими выразительными глазами и продолжили щипать траву.
Ручей оказался глубоким: котомка с лёгкостью скрылась в нём, даже не чиркнув по дну. А вода была холодной. Лэйтэриэль с содроганием представила, какая тогда вода в заливе. Особенно зимой.
На обратном пути, у самого дома эльфийка столкнулась с мужем Асикан. Им оказался высокий мужчина с длинными черными волосами, зачёсанными назад в низкий хвост, и короткой бородой; в одежде, очень похожей на ту, в которой была его жена, только вместо жилетки — куртка. С ним был мальчишка лет четырнадцати — такой же скуластый и черноволосый — он во все глаза рассматривал эльфийку. Рядом с ними кружил пёс — несколько крупнее первого, но такой же волкообразный и полностью чёрный.
— Приветствую, — девушка улыбнулась, руки были заняты, так что приветственный жест не удался.
— Дивные гости, — кивнул мужчина.
Тут из шатра показалась его жена и начала что-то торопливо объяснять. Из всего сказанного эльфийка разобрала только собственное имя. Мужчина нахмурился, кинул оценивающий взгляд и опять кивнул:
— Что ж, будь гостем, гирки* Лэйтэриэль, значит? — Асикан забрала у девушки посудину с водой и юркнула внутрь. — Моё имя Тукарчэ, а это наш сын, — он положил руку на плечо мальчишки, — Алгурча.
Они вошли внутрь жилища и расселись на подушках.
— Значит, идёшь к заливу? — спросил мужчина, снимая куртку, под которой оказалась простая рубаха.
— Да, — женщина подала ей миску с рагу первой, — спасибо.
— Я уже и не вспомню, когда у нас видели эльфов. К нам забредают разве что купцы, — Тукарчэ покачал головой, — ты на них не похожа. Ещё и пешком идёшь.
