Неправильные полностью

«Эфтон Роботикс, ЛЛК». Ранее Чарли видела этого человека – человека, которым когда-то был Дэйв, – на фотографиях: на тех снимках он стоял рядом с ее отцом, улыбающийся и смеющийся. Однако девушка запомнила его лишь как человека в костюме кролика. «Наверное, отец ему верил, наверное, он ничего не подозревал. Он ни за что не построил бы вторую пиццерию вместе с человеком, убившим одного из его детей. Но те существа… он наверняка знал, что они похоронены в нашем доме». Чарли стиснула зубы, подавляя внезапное безумное желание улыбнуться.

– Конечно же, тайное кладбище роботов находилось под моей спальней, – пробормотала она. – Где еще оно могло быть?

Девушка спрятала лицо в ладонях, пытаясь упорядочить роящиеся в голове догадки. Она неохотно представила себе ту картину. В дверях стоит кролик. Сначала это была просто тень, заслоняющая свет, потом оказалось, что это человек в костюме кролика, но даже тогда Чарли и в голову не пришло испугаться. Она знала этого кролика. Сэмми до сих пор его не заметил, он увлеченно катал по полу свой игрушечный грузовик, туда-сюда, туда-сюда. Чарли уставилась на замершую в дверях тварь, и в животе у нее стремительно образовывался холодный комок страха. Это был не тот кролик, которого она знала. Глаза существа медленно двигались вправо-влево, его взгляд по очереди останавливался на близнецах. Кролик выбирал. Вот страшные глаза уставились на Чарли, и девочка вся похолодела, но потом кролик посмотрел на Сэмми. Затем последовало стремительное движение, и висевшие на вешалках костюмы всколыхнулись, заслонив ей обзор. Она услышала, как со стуком упал на пол игрушечный грузовик, увидела, как он закрутился на месте, а потом все стихло.

Она осталась одна, часть ее самой навсегда забрали.

Чарли села, дрожа, пытаясь прогнать страшное воспоминание. Она успела привыкнуть, что по ночам на соседней кровати спит Джессика; она уже давно не оставалась одна в темноте, наедине со своими мыслями.

– Я и забыла, как это тяжело – вести себя тихо, – еле слышно прошептала Чарли. Она посмотрела на зажатый в кулаке странный диск, будто это он навевал мрачные воспоминания, потом размахнулась и зашвырнула вещицу в темный угол, прочь с глаз.

А потом девушка услышала слабый шорох: кто-то находился в доме.

Что бы это ни было, оно вело себя осторожно. Чарли слышала, как тихо скрипит пол, но идущий двигался медленно, крадучись. Снова наступила тишина: тот, кто передвигался по дому, замер, надеясь, что о порожденном им звуке забудут. Чарли сползла с кровати, на цыпочках подошла к двери, осторожно приоткрыла ее и медленно выглянула наружу: отсюда она могла видеть гостиную и расположенную за ней столовую. В глубине души Чарли снова стала думать, что находится в чьем-то чужом доме, что это она здесь незваная гостья.

– Ау! – позвала она, все еще надеясь услышать ответ, пусть даже хозяева сердито поинтересуются, что это она тут делает. Может, ей ответит Джон, обрадованный тем, что нашел ее, выбежит навстречу из темноты.

Ответом ей стала тишина, но Чарли знала: она больше не одна.

Глаза девушки округлились, сердце билось где-то в горле, так что стало трудно дышать. Она осторожно зашагала по короткому, вымощенному каменной плиткой коридору, вошла в гостиную и остановилась, прислушиваясь. В какой-то комнате тикали часы. Чарли подошла к стене гостиной и снова остановилась. Отсюда девушка могла видеть большую часть дома, поэтому она пристально вглядывалась в темноту, пытаясь понять, не прячется ли что-то во мраке. Дверные проемы окружали ее, точно распахнутые пасти, всасывающие льющийся из открытых окон ночной воздух.

За дверью в дальнем углу гостиной начинался длинный коридор, ведущий во вторую спальню. Со своего места Чарли не видела, что происходит в той комнате. Она медленно, шажок за шажком обошла стоявший перед ней кожаный диван и прошла по лежавшему в центре комнаты круглому ковру. Теперь ей частично стал виден длинный коридор, уходивший в темноту.