Голос Александра надломился, он крепко стиснул пальцы. Даже костяшки побелели. Я погладила мужчину по руке, разделяя с ним его боль. Это был жест сочувствия и дружеской поддержки.
Мама всегда говорила, что если больно тебе, всегда найдется тот, кому еще больнее. И тогда ты просто не имеешь права уйти, не попытавшись помочь. Возможно, твою протянутую руку помощи в гневе отбросят в сторону. Но ты должен попытаться. И потом кто-нибудь обязательно поможет тебе в трудную минуту.
Александр разжал пальцы и похлопал меня по руке.
– Смотря на твое увлечение фотографией, я вспоминаю сынишку. Он тоже постоянно бегал с фотоаппаратом и снимал все подряд.
Александр обнял меня за плечи.
– Сейчас моему Олли было бы столько же лет, как тебе.
– Мне очень жаль.
– Ты добрая девушка, Кэс. Уверен, что Мартин уже полюбил тебя, хоть и не знал о твоем существовании.
Внезапно в отдалении послышался бешеный стук и громкие крики. Александр отстранился и пошел посмотреть, кто к нему пришел.
Мне же яростный голос показался знакомым. Очень знакомым. Я пошла следом за Александром. В гостиную влетел Роберт. Его глаза горели, как у дикого зверя. Он посмотрел на мистера Нейтана и на меня, сделав какие-то кошмарные и неверные выводы!
Роб подскочил и ударил Александра кулаком в нос.
– Что ты ей сделал, урод?!
Я опешила на мгновение. Но потом заметила, как мистер Нейтан пошатнулся от неожиданности, а Роб опять бросается на мужчину. Я подскочила к брату, повиснув на его мощном плече.
– Что ты творишь, Роб? Уймись!
– Ты трогал ее? Трогал? Ублюдок! Я убью тебя!
– Роберт! Прекрати сейчас же! – я стукнула брата ладошкой по плечу.
Но он не чувствовал мои удары. Александр оправился от удара, отирая струйку крови.
– Опять проблемы с самоконтролем, Роберт?
– Сука! – взревел Роберт.
Я привстала на цыпочки, заорав ему прямо в ухо:
– Роб!
Он дернулся всем телом, словно только что заметил меня, и порывисто обнял одной рукой.
– Кэс, ты уходишь отсюда! Сейчас же.
– Роберт, ты все неправильно понял! – попыталась образумить я его.
– Сейчас же! – рыкнул Роб и развернулся.
Он сжал мое запястье, словно тисками, и вывел во двор.
– Роб! Уймись! – крикнула я, царапая его кулак.
Роберт остановился и резко дернул меня на себя.
– Вот кого ты решила себе найти? Старого хрыча? Он тебя уже трахал раньше? Или я помешал вам уединиться прямо сейчас?
Роберт отпустил мою руку и обхватил лицо ладонями. Он нагнулся и рычал свои обвинения мне в лицо. Вены на его шее вздулись. Он весь был словно оголенный провод.
– Трахал он тебя или нет? Говори!
Роб встряхнул меня.
– Думаешь, под ним тебе будет так же хорошо, как со мной? Он заменит тебе меня?
– Не кричи, Роб! Не кричи!
Хватка на моих плечах усиливалась. Роберт подумал, что я решила переспать с Александром Нейтаном. Брат дико, безумно ревновал. Докричаться до Роберта сейчас было невозможно. Я приложила ладони к его шее, поглаживая пальцами.
– Ты ведешь себя неразумно, – тихо сказала я. – Между мной и этим мужчиной ничего не было. И быть не может.
– Что?
– Ничего не было, Роб. Ты следил за мной? Зачем? Боже, Роберт! Я прошу тебя: оставь меня в покое, пожалуйста. Я не хочу. Ты делаешь мне больно. Даже сейчас ты обвиняешь меня бог знает в чем. А я не делала ничего из этого, даже не думала.
– Тогда что ты делала в доме взрослого мужчины? Наедине с ним? – недоверчиво спросил Роб.
Брат все еще был на взводе, его раскачанное тело сотрясалось дрожью, но уже не так сильно, как несколько мгновений назад.
– Я разговаривала с ним. Ваша семья не спешит делиться со мной секретами. Вы словно нарочно, кидаете мне косточку или страшилку на ночь. Александр рассказал мне о трагедии.
Роб медленно разжал пальцы и опустил руки. Его лицо застыло, словно в камне.
– Теперь я понимаю многое. Мне кажется, что я понимаю тебя и твой вздорный характер. И твои татуировки: крылья в огне, цитата из Шекспира.
Роб внезапно зло рассмеялся.
– Тогда твой новый друг, должно быть, просветил тебя, какое я больное на всю голову дьявольское отродье!
– Нет. Ты не прав. Александр искренне сожалеет. Ты не прав, Роб. Не прав.
Я осторожно обняла старшего брата. Он шумно выдохнул и обнял меня в ответ.
– Твою мать, Кэс! Я не ведаю, что творю! – отчаянно признался он. – Я хочу держаться подальше от тебя. Но чем больше я тебя отталкиваю, тем больше меня к тебе тянет.
– Успокойся, Роб. Просто успокойся. Мы должны вести себя, как брат и сестра, а не как сорвавшиеся с цепи голодные любовники.
– Я…
– Ты нагло пользуешься ситуацией, Роб! Налетаешь на меня и берешь то, что хочешь. Ты знаешь, что мне некуда пойти, и пожаловаться на тебя я тоже не смогу.
– Ты видишь все именно так? – ошарашенно спросил Роб.
– Я так чувствую. Мне очень сложно сейчас. А ты усугубляешь ситуацию. Пожалуйста, Роб. Я прошу тебя. Не делай мне больно.
Мой старший брат поцеловал меня в лоб и отстранился. Он растер руками лицо, тяжело вздохнув.
– Кэс, я…
Я отошла от Роба, пока мы не натворили что-нибудь еще. Внезапно я почувствовала всей кожей пристальный взгляд третьего человека. Это был Александр Нейтан, стоявший на крыльце своего дома.
