— А у тебя собственно нет выхода — мрачно усмехаюсь, обнажая клыки и поднося пылающий меч к крючковатому носу гоблина — или пойдёшь под мою руку и станешь вождём племени, ну или подождем, когда моя суккуба взломает ворота, и я отдам все ваше племя ей для тренировок.
Глаза гоблина округляются, занимая пол лица, то ли от испуга, то ли от надежды стать вождём. Утвердительный кивок, и тут же перед глазами всплывает очередная табличка. "
Немного подумав, остановился на Мастере рун, использование более сильных рун могло в будущем пригодиться, а в стихийной магии я предпочитал опираться на огненные заклятия, к которым у меня рано или поздно должен был появиться бонус от расового навыка.
Утро ну не как нельзя было назвать добрым. Вчера на радостях от того что остался жив, да ещё и стал вождем, шаман устроил в поселении празднество. А какое празднество без выпивки? По такому случаю, новый вождь гоблинов распечатал для дорогих гостей бережно хранимый особый самогон, и я сдуру, из чистого любопытства решил, его попробовать. Нет, похмельем я не страдал, потому, как сделать успел лишь один обжигающе мягкий глоток, а потом эта ошибка природы сообщила из чего он его гонит. Не убил на месте уродца лишь потому, что пришлось бороться с рвотными позывами. Оказывается, это недоразумение делает первачок из навоза каких‑то местных животных, потом при помощи духов ветра делает выморозку, и на выходе получает прозрачную жидкость без цвета и запаха. Знал бы раньше, точно прибил бы мерзавца. А вот мои разорители самогон оценили, так что пришлось оставить их гулять с гоблинами, а самому отправиться залечивать сном душевные раны.
При воспоминании о вчерашнем вечере, воображение подсунуло картинку браги из навоза, и меня вновь перекосило. Встряхнув головой, избавляясь от маячащего перед глазами образа, скомандовал построение и выдвинулся к серной шахте. Это можно назвать единственным положительным моментом вчерашних посиделок. Опьянев, шаман разоткровенничался и рассказал о расположенной на другом берегу озера серной шахте, к которой сами гоблины предпочитали из‑за охраны не соваться. Эта шахта и была моей целью.
Неожиданно возник вопрос с рабочими на каменной шахте, захваченной вчера и серной которую планировалось захватить сегодня. На первое время решил поставить гоблинов, но что‑то мне подсказывало, что если в ближайшее время их не заменить, они не только сами покалечатся, но и шахты разнесут. Но так как этот вопрос по другому всё равно не решался, то оставил его до возвращения в замок.
Шахта оказалась расположена действительно близко, всего в каком‑то часе быстрого марша. Чуть в стороне от озера располагался карьер: небольшой серо — жёлтый провал со спиральной тропинкой, уходящей вглубь. Вокруг провала прыгали, передвигаясь с места на место бесы. Арнис насчитал около пяти десятков, а возглавляли эту маленькую армию тройка гвардейцев и суккуба.
Стоило попробовать присоединить их к своему отряду, поэтому вместо команды к общей атаке, спешился и направился в сторону суккубы, посчитав её командиром этой банды. Демоница бросила на меня ленивый взгляд, и осталась сидеть на облюбованном янтарно — жёлтом камне, поигрывая кожаной плетью, а мне наперерез выдвинулись мощные фигуры гвардейцев.
— Проваливай слабак, — прорычал один из них, — тебе здесь не место.
Позади раздалось насмешливое фырканье кошмаров, правда я так и не понял в чью сторону: то ли мою, то ли гвардейцев.
И так плохое настроение ухудшилось еще больше, мне уже насточертело, что каждый местный считает нужным указать, что и как мне делать. Для одних недостаточно добр, для других зол, достали окончательно. Утреннее раздражение выплеснулось через край, превратившись в скастованную на себя иллюзию архидьявола. Суккуба было дернулась, но видимо разглядев обман, расправила плеть и осталась сидеть на месте, зато гвардейцы дружно отшатнулись.
