— Ну, вот и пришлось применить последний довод: "Слово жизни" раньше все равно бы нас не спасло, а тут как раз к месту пришлось.
Раскаяния в его голосе, что скрыл информацию, не слышу, но сил ругаться нет. Сейчас бы завалиться на спину и поблаженствовать, ничего не делая. Но надо, надо собраться, впереди трофеи и жертва, чёртова некроманта.
Медленно поднимаюсь, продолжая оглядывать поле битвы. Еще один минотавр лежит погребенный под тушей кадавра, над которой словно поработал гигантский мясник, полосуя своим ножом. Одни куски мертвых тел и буро — зеленая жидкость: даже не поймешь, что представляло собой сие творение во время его не жизни.
Замечаю под ногами тусклый блеск. Нагибаюсь, опасливо разгребая пепельно — серый прах, оставшийся от вампира. На траве лежит небольшое серебряное кольцо печатка с оплывшим гербом и меч, словно изъеденный кислотой, видимо ему, как и вампиру "слово жизни" на пользу не пошло. Но что‑то как‑то я сомневаюсь, что среди того хлама, которым были вооружены скелеты и иже с ними, найдется что‑то более подходящее. Поэтому беру и вкладываю в ножны этот вычурный, узкий, четырёхгранный и легкий для меня клинок, что‑то вроде кончара 16 века: эдакий штык для пробивания доспеха, а по виду трость тростью, даже гарды не видно, зато узорной чеканки по всему клинку хоть отбавляй. Ножны, к несказанному удивлению, стремительно трансформируются, подстраиваясь под новое оружие — вот такая удобная игровая условность. От праха вампира разворачиваюсь к телу некроманта, тот еще шевелится, что не может не радовать. Наклоняюсь к нему и с каким‑то садистским удовольствием, аж самого передергивает от неправильности ощущений, выдергиваю из плеча кинжал. И тут же передо мной вновь всплывают свёрнутые во время боя сообщения, а некромант заходится в диком крике.
"
"
"
Почему поднялась последняя, не совсем понятно, точнее совсем не понятно, но дареному коню в зубы не смотрят. С "невольным создателем" надо будет разобраться. А то вдруг этот дополнительный эффект еще и отрицательным будет, да и не совсем понятно как трактовать "все творения". Ладно, это все дело будущего, а пока стоит разобраться с кинжалом.
Внимательно всматриваюсь в изменившийся клинок:
"
Сам же кинжал больше не был ослепительно белыми. Черное лезвие, в три волны. Бороздки долов окружены тускло — алой чеканкой, сплетающей в рисунок пламени. Изогнутая матово — тёмная эбеновая рукоять с навершием в виде черного опалового черепа с огненно — красными прожилками. Красивое оружие, жаль, ножен нет, но еще обзаведёмся. А пока испытаем его, на бывшем владельце.
Вновь нагибаюсь над некромантом и рывком поднимаю его на ноги, с удовлетворения слышу, как он скрипит от боли зубами и даже пытается делать руками какие‑то пассы, что вызывает у меня лишь злую улыбку, маны то у него нет совсем.
Зато на нём есть пара вещиц, которые мне пригодятся самому, снимаю с пальца колечко:
А некромант был оригиналом: теперь понятно, почему удалось раскатать его войско с такими небольшими потерями. Немёртвые и так скоростью не блещут, а с таким замедлением, да против моих скоростных юнитов.
Повторять за некромантом не будем. Поэтому кольцо отправляется в сумку, туда же где лежит не определенное кольцо вампира.
Но колечко оказалось не единственным трофеем.
