Есть ещё один вариант — отдать амулет Альберту Венедиктовичу. Он же просил меня показать вещицу, для которой он подарил мне шкатулку, может быть ему он принесёт больше пользы. Я глянул на часы, почти восемь вечера. Думал сегодня сделать третью часть методички, но в принципе не к спеху. Просто позвоню и спрошу, не укусит же он меня через телефон.
— Вещица уже у тебя? — загадочным голосом спросил Поджарский. Я уже не ожидал услышать его голос после стольких гудков.
— Да, в вашей шкатулке, при мне, — ответил я.
— Приезжай, ты же по этому вопросу звонишь?
— Скоро буду, — сказал я и положил трубку.
Николаю дал новый маршрут и попросил ехать чуть быстрее, не как на прогулке. Хитрый и целеустремлённый жук этот Поджарский. Как его заинтересовало, что же я собираюсь хранить в этой шкатулке. Даже ради удовлетворения любопытства расщедрился на такой подарок, шкатулка не простая и не дешёвая. Не думаю, что он каким-то образом связан с бандой Баженова, тогда следователи давно бы уже вышли на него. Я слышал, что изготовивший партию нелегальных амулетов артефактор задержан. У него была целая подпольная мастерская с подмастерьями.
Николай остановил машину прямо перед коваными воротами. Я сказал ему ожидать меня здесь и направился к дому по неосвещённой дорожке. Старик экономил на электричестве? Или оно ему на хрен не нужно в это время суток? А может он и вообще из дома не выходит, даже специально очищенное серебро для амулетов ему курьер привозил. Массивная дверь начала открываться в следующее мгновение после того, как я постучал молоточком. Значит стоял ждал под дверью. Я подумал, может зря собираюсь ему показать амулет? Что-то у него заинтересованность очень сильная, прямо какая-то нездоровая.
— Заходи, — призывно махнул он рукой и потопал в сторону лифта.
Дверь за моей спиной начала закрываться, отрезая пути к отступлению. Кажется, я слишком себя накручиваю. Поджарский изначально не знал, что именно я хочу положить в шкатулку и откуда артефакт, для которого я взял у него эту самую шкатулку. Зная его не так уж долго, я уже усвоил, что чисто спортивный интерес ему тоже свойственен, но меркантильный сильнее. И то, и другое — совершенно нормально и не является поводом для подозрений. А ещё его ведь мне рекомендовал отец, а он очень осторожный в таких делах и ни за что не стал бы советовать мастера с сомнительной репутацией.
Пока спускались на лифте в мастерскую, Альберт Венедиктович старательно изображал скучающий вид, но я чувствовал пожиравшее его любопытство. Несмотря на внутренние терзания, он всю дорогу молчал. Входя в мастерскую, он махнул рукой чтобы я шёл за ним. Мы остановились перед центральным рабочим столом и Поджарский хлопнул по центру столешницы рукой.
— Клади! — всепожирающего любопытства он уже не скрывал.
— Сами открывайте, — уверенно сказал я, достал из кармана чёрную мыльницу и поставил её в то место, где только что была его ладонь.
Моё требование мастера нисколько не смутило. Он уверенно распахнул шкатулку и округлившимися глазами уставился на амулет.
— Да ладно! — воскликнул он и дрожащей рукой вытащил амулет. Судя по всему, он не ожидал увидеть в шкатулке именно это. Значит мои смутные подозрения, что он является одним из людей князя Баженова, не имеют веса. — Не может быть! Откуда у тебя это?
— Не поверите, с помощью этого амулета меня хотели убить, пообещав, что если я буду его носить, то обрету невиданное могущество.
— И то и другое верно, — пробормотал себе под нос артефактор.
— Как это? — удивился я. — Я так понял, чтобы его носить и использовать нужно быть очень сильным магом, не таким, каким был я, когда решил попробовать его носить.
— Не совсем так, — покачал головой Поджарский. — У него много сложных настроек. Это очень редкий и дорогой амулет. Мне приходилось иметь с ним дело лет двадцать назад. Один клиент то ли нашёл его, то ли ему подарили, хотя я не знаю, за что можно дарить такие дорогие вещи. Я тогда перекопал все архивы и нашёл информацию по амулету. У меня даже где-то осталась рукопись, куда я конспектировал все его особенности и варианты использования. Ты можешь показать мне, как ты его активировал?
— К сожалению, нет, — покачал я головой. — После попытки использования амулета у меня пропала память и почти под ноль исчез дар лекаря. Если с даром всё потихоньку налаживается, то многие моменты из прошлого я не вспомню уже никогда.
— Понятно, — покачал головой Альберт Венедиктович. — Тогда я знаю, какие настройки тебе сказали применить, вручая эту штуковину. А ты застал его активированным после того, как начал приходить в себя?
— Да, мы нашли его активированным, — кивнул я.
— Попробуй сравнить ощущения, — сказал он и коснулся кристаллов в определённой последовательности, тут же положив амулет обратно в шкатулку и отойдя на пару шагов назад. — Подойди ближе, но не трогай.
