Он возмущенно потопал дальше. И не стал думать о том, показалось ли ему тихое «Да ты уже…»
Марку не пришлось стараться. Сложно что-то портить, когда ты изначально считаешь это паршивым.
Нет, вечеринка была неплохой. Это даже не было вечеринкой. Скорее скромный междусобойчик. Они с Лехой и парой парней тоже такие устраивали. Разница была лишь в декорациях, напитках и закусках. А дружеская атмосфера была той же.
Как Марк понял, двое приятелей и две девушки, которым его представили, были знакомы с Игнатом еще тогда, когда Старков-старший только поднимал свой бизнес. Ребята были дружелюбны, веселы и ничем не напоминали тех снобов, которых Марк каждый день видел в школе.
Но Белов все равно не мог расслабиться. Ситуацию не спасала и Мила, которая полностью завладела его вниманием на этот вечер. Девушка рассказывала смешные истории о своих знакомых, и Марк искренне смеялся. Пока не натыкался взглядом на Старкова.
«Зачем он меня позвал, если я так его раздражаю?» – в который раз спрашивал он себя. Изысканные закуски не лезли в горло, и Белов в очередной раз запивал этот вопрос коньяком. Краем глаза отмечая, что Игнат тоже нехило так прикладывался к алкоголю.
В уравнении, где есть двое недовольных, много бухла и замкнутое пространство, рано или поздно наступает момент, когда это самое уравнение переносится в химическую плоскость. Иными словами, одно неверное движение, и взрыва не избежать.
Именно эта мысль крутилась в слегка одурманенной алкоголем головушке Марка. В какой-то момент Игнат исчез из поля зрения, и он смог расслабиться. Алкоголь, приятная компания и музыка сделали свое дело. Но вот Старков вернулся, еще более недовольный, чем прежде, и Марк с сожалением понял, что от вновь появившегося напряжения начинает трезветь.
«А ведь мне было так весело», – почти обиженно думал он.
Заиграла медленная мелодия, и Мила, завизжав, слетела с кресла.
– Танго! Боже, не зря я три месяца брала уроки! Так, все танцуют танго, – смеясь, объявила девушка, хватая Марка за первую попавшуюся конечность (слава Богу, ею оказалась рука) и стягивая с насиженного места.
Марк поначалу растерялся. Он не умел танцевать танго, у него заплетались ноги-руки, и он боялся выставить себя клоуном. Но зеленые глаза отдали приказ: «не смей!», и внутренние демоны с пьяными воплями «ла кукарача!» одержали верх. Марк отвернулся от Старкова и улыбнулся Миле.
Клоуном он себя не выставил. Во-первых, в латиноамериканском марафоне решили поучаствовать все, не считая Игната, и там нашлись действительно по пояс деревянные. Во-вторых, Мила первая, чуть не завалившись на Марка, придала танцу юмористический характер. Поэтому на протяжении мелодии все изощрялись, как могли. Девушки, хохоча, закидывали повыше ноги на парней, парни старались не потерять равновесия и не выронить партнершу.
Когда с заключительным аккордом Мила тесно прижалась к нему, Марка слегка повело. Но не от алкоголя. Тут уже в дело с боем вступали первобытные инстинкты. И виной тому была не столько сама Мила, сколько длительное воздержание.
«Твою мать, чувак, у нас секса не было хуеву тучу времени! Я хочу трахаться!» – орало либидо Марка.
Но не успел Белов задуматься о том, насколько это все неправильно и не вовремя, как рядом нарисовался Старков. Что он ему сказал, Марк даже под пытками бы не воспроизвел, потому что ничего и не услышал из-за шума в ушах. Он только с досадой глянул на Игната, надеясь, что тот поймет его немой посыл. Но Старк не увидел или не захотел увидеть намека. Чуть не вырвав руку с корнем, он потянул его за собой, бросив Миле короткое «мы на минутку».
Куда они шли, Марку было неведомо. Все усилия концентрировались на том, чтобы не запутаться в собственных ногах. Пройдя нескончаемый коридор, Игнат рывком открыл дверь и втянул Марка за собой в темное помещение. Белов даже испугаться не успел, как Игнат разжал руку и вхерачил ладонь куда-то в стену. Марк на всякий случай отошел подальше. И тут загорелся свет.
Белов огляделся. Вокруг была плитка, мрамор, неяркий свет нескольких бра и отражающиеся от водной глади блики света. Игнат притащил его в бассейн.
Белов нервно рассмеялся:
– Знакомая обстановка, Старк. Дай угадаю, сейчас выйдет твоя святая троица, и мне снова проведут экскурсию? – последнее слово Марк выплюнул.
Но Игнат не ответил. Схватив Белова за воротник рубашки, он потянул его на себя.
– Нет, я тебе сам здесь все покажу, – прошипел ему в губы.
Марк знал, что он его поцелует. Чувствовал. Он видел бешенство Старка и даже догадывался, каким именно будет этот поцелуй. Он знал, что не сможет не отреагировать. Слишком мало времени прошло. Ведь какая разница телу, что существо напротив – мудак и лицемер? Телу плевать, что у Старкова нет чувств к нему. Зачем ему лишняя информация, когда ему достаточно одного – знать, что чувствует сам хозяин.
Поэтому он знал и ужасался заранее, понимая, что предотвратить не хватит физических сил. Слишком зол Игнат. Слишком пьян и изможден он сам.
И все ставки Марка были на хладнокровие. Только это его спасет.