— Сонь, ты с ума сошла? — Алина округляет глаза. — Ты специально залетела от Нажинского? — Я просто хотела ребёнка. Нажинский показался мне удачным вариантом: здоровый, без вредных привычек — я видела его медкарту. — А теперь? — А теперь он хочет отобрать моего Ромку…Четыре года назад после личной драмы я решила, что хочу ребёнка и воспитывать его буду одна. С донором рисковать не хотелось, и биологического отца я выбрала сама. Мой босс с новой работы подошёл отлично. Я соблазнила его и после одной случайной ночи уволилась и сбежала в другой город. Четыре счастливых года мы с сыном прожили в небольшом городке, а потом нас нашёл он — его отец. И теперь он хочет отобрать моего сына.Книга содержит нецензурную брань18+
— Виктор Анатольевич, ты уверен?
— Да, Ярослав Юрьевич. К моему сожалению, ошибки тут быть не может. Мы проверили всё дважды. Иммунологическое бесплодие после травм развивается часто, хотя повреждения не всегда очевидны.
Док пожимает плечами, глядя с сожалением и складывает руки на столе. Холодным сожалением, профессионально выверенным.
— Вы не замораживали биоматериал? — спрашивает.
— Нет, — отвечаю. — Никогда даже не задумывался.
— Тогда мне очень жаль.
— Понятно, — киваю. — Всего доброго.
Я пожимаю руку врачу и выхожу из кабинета. Спускаюсь на первый этаж клиники. Девушка с ресепшн мило улыбается и кивает мне.
Не до расшаркиваний.
Я выхожу на улицу и сажусь в машину. Завожу мотор и кладу руки на руль. Хреновые новости расстроили меня сильнее, чем можно было ожидать.
В свои тридцать пять я ни разу не задумывался о детях. Да и о семье вообще. Мне было и так хорошо. Удобно. Не нужно отвлекаться от работы. А развлечься всегда можно было найти с кем.
Полгода назад я попал в аварию. Вылетел на обочину и впоролся в столб. Подкинуло с сиденья так, что разбил башку о стекло и яйцами о руль шарахнулся. Сам виноват — не пристёгнутый ехал.
И оно вроде бы и ничего, быстро оклемался, а сейчас проходил контрольный медосмотр и выяснилось, что у аварии оказались долгосрочные последствия. А если точнее, то я теперь не смогу иметь детей.
И это внезапно кольнуло.
Было же хорошо без них, а тут задумался. Я всю жизнь пашу, отцовский бизнес, что на ладан дышал, на международный уровень вытащил. По четырнадцать часов, семь дней в неделю работаю. И… мы смертны. Банально, но… кому я всё это оставлю?
Мощный и неожиданный удар по мотивации.
В офис приезжаю в десять. Для всех это непривычно поздно, поэтому втихоря поглядывают с удивлением. Обычно я в офисе с семи.
— Добрый день, — по струнке вытягивается охранник у турникетов.
— Здравствуйте, Ярослав Юрьевич, — расправляет спину администраторша.
Поднимаюсь на лифте на десятый этаж. Работа в отделах кипит во всю. Приятно наблюдать, что никто не прохлаждается у кофемашин. Я сам не люблю тратить рабочее время впустую и от коллектива холдинга требую того же. От зама до уборщицы. Машина будет работать слаженно только тогда, когда каждая деталь выкладывается на полную.
— Доброе утро, Ярослав Юрьевич, — Алиса, моя секретарша, подскакивает у стола уже с папкой документов на подпись в руках.
— Здравствуй, Алиса. Ко мне зама по безопасности через семь минут. Два кофе. Документы через пятнадцать минут.
— Всё поняла, — кивает и тут же вызывает по внутренней Бразинского.
Ровно через семь минут, когда я как раз успеваю включить ноутбук и пробежаться по присланному Алисой плану дел на сегодня, в кабинет, постучав, входит начальник службы безопасности.
— Привет, Артём, — жму ему руку.
— Привет, Яр.
С Бразинским мы не только коллеги, мы дружим ещё с армии. Простой, умный, надёжный мужик. Шарит в своём деле. Нужную информацию из-под земли достать способен в кратчайшие сроки.
— Есть дело. Не совсем по «ГеоГорИнвест», скорее лично для меня.
— Ярослав, ты и есть «ГеоГорИнвест».
— В общем. Мне нужно, чтобы ты выяснил, не залетали ли от меня бабы.
Ну, бл*ть, и выразился.
Артём, пытаясь остаться максимально серьёзным, сначала несколько секунд на меня смотрит тупо, а потом кашляет в кулак.
— Блин, Тём, — встаю и засовываю руки в карманы. Отворачиваюсь к окну. А потом вываливаю как есть. — После той аварии я остался бесплодным. Узнал сегодня. И если у меня есть дети, то они мне нужны.
Бразинский становится снова серьёзным.
— Дерьмово, Яр. Поищем.
После одного не самого приятного случая, в результате которого мне пришлось отвалить крупную сумму одной шлюхе за компрометирующие фотки, тёлок мне подгонял в основном Артём. Или, как минимум, пробивал их, чтобы без сюрпризов.
Артём, получив задачу, уходит, а я принимаюсь за работу. Сегодня плановое малое совещание начальников отделов, встреча с поставщиком буроборудования на следующий календарный год и куча мелких вопросов.
Из-за того, что приехал к десяти, приходится задержаться. Алису отпускаю в семь, а сам ещё просматриваю сметы. Надо вызывать начальника отдела поставок, поинтересоваться, у какого это поставщика он собрался закупать вращатели для бурового редуктора по двести пятьдесят тысяч. Если просто тупой, то пойдёт ко всем чертям, а если нагреть меня задумал, то…
— Сидишь? — в дверь после короткого стука заглядывает Бразинский. — Откуда у тебя могут быть дети, если ты всё время работаешь. Машина, а не мужик.
Я поднимаю на него глаза и прищуриваюсь. Артём выглядит довольным собой. Неужто уже накопал?
Передо мной на стол падает бумажная папка. И пока я открываю, Бразинский начинает рапортовать.
— Жадан София Романовна, тысяча девятьсот девяносто седьмого года рождения. Работала у нас пять лет назад, пару недель была на замещении твоей личной секретарши. Через девять месяцев родила мальчика и уехала в Элисту.
