— Привет! Рустем позвонил. — Амина осеклась. — Поехали в Нальчик, в больницу.
— Что с ними? — Чужим голосом спросила Ольга.
Амина будто собралась с духом.
— Макс в реанимации. Но он жив.
— А Рус? — Спросила Ольга, вдруг понимая, что о нем она почти не думала.
Амина изменилась в лице. И Ольга поняла, что жена Рустема все знает.
— Травмы, но он смог позвонить. Я жду тебя в машине, на стоянке.
— Давайте, я присмотрю за вашими детками? — Предложила Зарина.
Амина с благодарностью посмотрела на девушку.
— Я буду очень признательна вам.
Амина на секунду застыла, а потом повернулась и вышла из номера.
Ольга плохо соображала. Главное, жив! Макс жив! Наверняка, получил травмы, но он жив, а значит, все будет хорошо! Она зацепила куртку и сумку, натянула зимние ботинки, торопливо застегивая их.
— Я побежала. — Чмокнула подругу в щеку и вышла, торопясь догнать Амину.
Амина ждала в авто. Она докуривала вторую сигарету и впервые в жизни не боялась, что Рус узнает, застукает её за этим не женским занятием. Курить она начала давно. Однажды, ещё в самом начале их совместной жизни, когда Рус не ночевал дома, Амина наткнулась на его сигареты. Горький дым успокаивал нервы, давал чувство опору, занимал ритуалом руки и мозг. Прикурить, втянуть в себя крепкий табачный дух, выдохнуть горьковатый сизый дым от папиросы.
С тех пор всякий раз, когда он устраивал ей нервотрепки, Амина курила. Потом правда, отмывала пальцы, чистила зубы, чтобы он не заметил. Но в большинстве случаев заметить попросту было некому — Алимов или приходил в стельку пьяным, или не приходит вообще.
Вот и сейчас, ожидая в авто старую любовь или уже нынешнюю любовницу мужа, Амина так и поняла, она выкурила вторую сигарету подряд. Но нервы так и не успокоила.
С утра она была сама не своя. Вчерашняя сцена на парковке не давала ей покоя, заставляя думать об этом, бесконечно возвращаясь к Русу и Ольге. Мысли эти уничтожали Амину, убивали, заставляли еле сдерживать слезы. Он любит свою Лельку, как никогда и никого не любил. Как никогда не полюбит Амину. Весь день прошёл в странном состоянии. То ли тревога, то ли нехорошее предчувствие выматывало, но Амина не рискнула позвонить ему сама.
Возвращаясь с детьми с прогулки, она услышала разговор о сходе лавины сотрудников курорта. Все внутри замерло, а сердце отчаянно затрепыхалось от страха. Она поняла, что муж с инструктором попали в беду. Амине даже обратиться не к кому было, чтобы выяснить подробности. Этот час она еле пережила. А потом Рустем позвонил сам. Сказал скупо, что с ним все в порядке, что они с Максом попали в лавину и сейчас вертолет отвезет их в Нальчик. Он просил передать Ольге, что Макс в тяжелом состоянии.
— А ты? — Спросила Амина со страхом. — Как ты?
— Нормально, — буркнул Алимов, но Амина даже не удивилась: что еще она ожидала от него услышать? — Приезжай в больницу. Сможешь доехать за рулем? Врач обещал отпустить, заберешь меня.
— Да, конечно. Хорошо. — Послушно ответила Амина. И, на секунду замешкавшись, все-таки спросила. — Её привезти?
Рус усмехнулся. А потом сказал, будто с сожалением.
— Привези.
Амина собралась быстро, спустилась на этаж Ольги и Макса. И несколько долгих минут не решалась постучать. Но нужно было выполнять указание мужа. Это было издевательством — везти любовницу мужа к нему в больницу. Даже если они и не любовники, Рустем её любит, он ею болен. Как она, Амина, это выдержит? А потом ей стало стыдно. С мужем беда, гид Максим в реанимации, а она думает о какой-то чуши. Доедут, куда денутся? Главное, не начать выяснять отношения. Главное, вести себя достойно. Все-таки, Амина — жена и она в своём праве.
Дверь внедорожника хлопнула, и Ольга юркнула на пассажирское сиденье. Амина завела двигатель.
— Прости, я накурила, — извинилась жена Алимова. — Нервы.
Ольга молча кивнула, но не повернулась даже, смотрела перед собой.
Дорога петляла сквозь сосны, минуя маленькие посёлки с бесконечными турбазами и гостиницами. Ольга устало откинулась на подголовник, задремав. Амина ехала плавно, аккуратно и девушку убаюкало. В какой-то момент она открыла глаза, а за окном мелькали склоны. Они ехали по ущелью и солнце отчаянно катилось за горы позади них. В горах темнеет рано. Ольга повернулась к своей сопернице и с удивлением поняла, что не чувствует к ней ни ненависти, ни злости. Так давно это было и так неважно стало теперь. Сейчас её беспокоило только состояние Макса. Амина же показалась Ольге натянутой струной. Прямая спина, взгляд, устремлений на дорогу, дрожащие губы. И глаза, полные слез?
— Я знаю про вас. — Амина не выдержала. Сказала все-таки, не смогла вытерпеть.
Ольга вдруг ясно поняла, что у этой хрупкой девушки была своя горькая история и, возможно, она хлебнула с Рустемом того, от чего её, Ольгу, избавила судьба. Это ей казалось, что жизнь несправедливо с ней обошлась: отняла малыша, разлучила с любимым, но кто знает, как бы сложилась их жизнь, если бы он поступил иначе? Были бы они счастливы? А еще она никогда бы не повстречала Макса.
