Конечно, Саттер представлял, как она произносит его имя. Но в таком контексте, за который, вероятно, получил бы пощечину. Пригласить Кейт зайти оказалось плохой идеей. Очень плохой. Он должен был указать своей гостье на дверь. А вместо этого услышал, как говорит:
- Хочешь увидеть все остальное?
- Конечно.
Теперь слишком поздно.
- Можешь оставить пальто здесь, если хочешь.
Он не предложил помочь ей. Он очень хорошо выучил этот урок в последний раз.
Кейт сняла пальто и положила его около пакета с продуктами. Она направилась к Робу, и его взгляд остановился на ее свитере, который облегал грудь и застегивался сбоку на пряжку. Черная кожаная пряжка. Такую было бы не сложно расстегнуть.
Не думай о пряжках.
Роб повернулся, и Кейт последовала за ним наверх. Первая комната, в которую они зашли, оказалась полна штанг и гантелей, и тренажеров. Перед зеркальной стеной стояла беговая дорожка и «Нордик трек».
- Ты действительно пользуешься всем этим? - Кейт закатала рукава, обнажая голубые вены на внутренней стороне изящных запястий.
- Почти каждый день.
Сначала Роб не мог отвести взгляд от ее шеи, теперь от ее запястий. Он чувствовал себя вампиром.
- Как-то раз я ходила в спортзал, - Кейт прошла в комнату и провела рукой по штанге. - «Золото на Фламинго-роуд». Я оплатила годовой абонемент и проходила три месяца. Боюсь, я не очень серьезно отношусь к фитнесу.
- Может быть, нужен кто-то, кто тебя бы мотивировал. - Роб смотрел, как ее ладонь и длинные пальцы скользят по лежащим в ряд хромированным гантелям. В своей прежней жизни он бы предложил себя, чтобы мотивировать Кейт.
- Нет, моя проблема не в этом. Я ходила со своей подругой Мэрилин, а она - фанатка степа. Она пыталась меня мотивировать, - Кейт покачала головой. - Но когда мои бедра начинали гореть огнем, я просто должна была прекратить тренировку и лечь. Я становлюсь нытиком, когда дело касается боли.
Роб засмеялся, хотя предпочел бы, чтобы она не упоминала о горящих бедрах.
- Пойдем, - он вывел ее обратно на площадку второго этажа, с которой открывался вид на вход внизу и зал, и сказал, указывая на закрытую дверь: - Это комната моей дочери.
- Она часто приезжает?
- Амелия никогда не навещала меня здесь. Она живет в Сиэтле с матерью, но когда строился дом, я сделал для нее комнату.
- Сколько ей?
- Два года.
Роб указал на еще одну закрытую дверь.
- Это ванная, но не думаю, что ей когда-нибудь пользовались.
Они прошли мимо чего-то, что походило на альков с диваном, на котором Роб никогда не сидел, и большим растением, которое он никогда не поливал.
- Ты была замужем?
- Нет.
- А собиралась?
- Несколько раз, - Кейт невесело засмеялась. - По крайней мере, я так думала. Хотя они были другого мнения.
- Да уж, это проблема.
Они подошли к открытой двери в его спальню. Место, где он представлял Кейт обнаженной. Привязанной к его постели или стоящей на коленях в лунном свете. Роб размышлял, должен ли чувствовать себя свиньей из-за того, что столько думал о ее наготе. И спрашивал себя, считалось ли это, ведь Кейт об этом не знала, а он не планировал когда-нибудь что-нибудь делать из того, что представлял. Он прислонился плечом к дверному косяку и засунул руки в передние карманы «Левисов». Глядя, как она молча двигается по его комнате, Роб спросил себя, будет ли он когда-нибудь в состоянии отделить Кейт, смотрящую из окна его спальни, от Кейт, которая хотела заняться с ним сексом в первую их встречу. Он в этом сомневался. В его голове эти две Кейт были так переплетены, что когда Роб смотрел на нее, этот образ всегда был у него перед глазами
- Это твоя малышка? - спросила Кейт, остановившись перед развлекательным центром, заставленным фотографиями девочки.
- Да. Это Амелия.
Кейт наклонилась вперед, чтобы взглянуть на снимки поближе:
- Какая симпатичная. И очень похожа на тебя.
- Моя мать тоже так считает.
Кейт отступила назад, и ее взгляд переместился к огромному телевизору.
- Хоккеистам, должно быть, хорошо платят.
Итак, она кое-что о нем знала. Хотя это не было секретом. Все в городе знали.
- Да, это так.
- Какая команда?
- «Оттава Сенаторз», «Нью-Йорк Рейнджерс», «Детройт Ред Уингз», «Лос-Анджелес Кингз» и «Сиэтлские Чинуки».
Она взглянула на него:
- Похоже, ты немало попутешествовал.
- Да.
На самом деле, ему не нравилось разговаривать о прошлом. Это вызывало слишком много вопросов, на которые он не хотел отвечать. Слишком много воспоминаний, о которых он не хотел думать.
Ковер приглушал звук шагов. Кейт подошла и остановилась примерно в футе от Саттера.
- Ты был хорош?
Его взгляд скользнул к ее губам.
- А ты как думаешь?
Кейт склонила голову набок, как будто изучая его:
- Думаю, ты, скорее всего, был пугающим.
- Ты смотришь хоккей?
- Достаточно, чтобы понимать, что если бы ты катился на меня, я бы убралась с твоего пути, - она прикусила губу, и зубы скользнули по нежной плоти. - И я видела, как ты разделался с Уорсли.
Роб тихо засмеялся.
- Пойдем вниз, - сказал он прежде, чем уступил желанию тоже прикусить ее губу.
