– Молодой человек попросил передать вам угощение. А я помогу постелить. С вашей травмой лучше много не двигаться, – услужливо принимается за работу она. Видимо, Демид уже успел рассказать своим подопечным, что в бокс привезли его родственницу с разбитой головой.
– Спасибо, – забирая с тумбочки шоколад, смущенно киваю я. Афинский не забыл, какой шоколад мне нравится, и от этого на сердце становится тепло.
Когда медсестра уходит, я решаю умыться. Все же хорошо, что душ и туалет находится в палате. Голова начинает болеть, и мне уже не хочется бродить по коридорам.
После ванной я укладываюсь в постель, распечатываю шоколадку и от нечего делать пялюсь в больничный потолок.
На некоторое время мне даже удается задремать.
Я просыпаюсь от того, что в палату шумно вваливаются мама и Ира.
– Тася! Ты живая? – бросается ко мне мама. – Как это случилось?
– Неудачно выскочила на встречную полосу, – морщусь я.
Протираю глаза и сажусь на постели.
– Молодец, каскадер, – хмыкает Ира и садится рядом. – Сколько денег мы теперь всем должны?
– Еще точно не знаю…Но не волнуйтесь, я возьму кредит. В конце концов, у меня пока есть работа.
– Накануне свадьбы нам меньше всего нужны новые долги, – огорченно разводит руками мама. – Почему бы не позвонить Феликсу? Он такой душка. Сразу же решит все твои проблемы.
– Послушайте, – поворачиваюсь к родственницам я. – Только не осуждайте меня. Я не пойду замуж за Феликса. Я его не люблю.
– Тась, ты чего, а?.. – чуть не плачет мама. – Головой так сильно ударилась, что сознание перевернулось?
– Мам… Поверь – я не буду счастлива, если стану женой Фелика. Поэтому ни в коем случае не звоните ему, хорошо?
– Как же… ты ему скажешь? После того, как мы вчера обсуждали твое платье?
– Просто скажу, и все.
– Ой, горе-то какое… машину разбила, замуж не пойдешь… – закрывая лицо руками, всхлипывает мама.
– Отставить причитания, – фыркает Ира. – Тась, а ты Дема видела?
– Видела.
– И как он?
– Все такой же неухоженный и помятый. Ему жена нужна, – посматриваю на сестру я.
– Ну, да, как же. Небось кто-нибудь из молоденьких медсестричек его уже пригрел. Что я, не знаю, что ли, чем они все тут в свободное время занимаются?
– Это если свободное время есть. А у Демида, насколько я знаю, его всегда в обрез.
– Это ты так думаешь.
– Он сказал, что бывших родных не бывает. Наверное, так и не встретил новую возлюбленную, раз обо мне печется, – пожимаю плечами я.
Ира мрачнеет. Я мысленно злорадствую. Так ей и надо. В их случае я полностью на стороне Демида.
– Тася, я привезла тебе обед. Гречку и тушеное мясо. И я не уйду отсюда, пока ты не съешь все до единой крошки, – осуждающе смотрит на меня мама. Потом достает из сумки контейнер с едой и вилку.
– Давай, ешь.
– Ага, ешь. А мы посмотрим, – согласно кивает сестра.
Я вздыхаю и берусь за привезенный обед. Не отстанут же, пока не съем.
– А воды вы не додумались купить?
– Яблочный сок, – лезет в сумку мама.
– Спасибо, у меня есть апельсиновый.
– Я принесу воды. На первом этаже есть аптека, – подкатывает глаза Ира.
– Я захватила твой домашний халат и белье, – достает пакет из сумки мама. – Еще полотенце, зубную щетку, мыло и пасту.
– А косметичку взяла? – умоляюще смотрю на маму я. Косметичка мне нужна больше, чем воздух. Ведь к вечеру сюда приедет Афинский.
– Конечно, взяла, – достает ярко-оранжевую косметичку со всеми принадлежностями она.
– Ты мой спаситель! – прижимаю к груди милую сердцу вещицу я.
Ира возвращается из аптеки с бутылкой воды.
– Ладно, раз тебе больше ничего не нужно, мне надо возвращаться на работу, – вздыхает она. – Мам, давай я подброшу тебя до дома. Хорошо, что у нас осталась хоть одна машина.
– И не говори, – ухмыляюсь я. У Иры белая «Веста», за которую она уже третий год не может выплатить автокредит.
Я снова остаюсь в гордом одиночестве. Ну, хоть можно переодеться в длинный пушистый халат и комнатные тапочки. Намного удобнее, чем пытаться спать в маленьком черном платье.
Я тащу косметичку и халат в ванную комнату. Там есть осколок небольшого зеркала, и мне будет можно заново нанести макияж. К возвращению Андрея я должна выглядеть на все сто.
Я смотрю на свою припухшую переносицу и накладываю на нее толстый слой тонального крема. Я крашусь так старательно впервые в жизни. Мне просто необходимо быть красивой для Андрея. Потому что Андрей так сильно запал в мое сердце, что чувства не смогла приглушить даже полученная утром травма.
Возле зеркала я провожу почти сорок минут, но результат превосходит все мои ожидания. Я как будто сошла с картинки модного журнала. Улыбаясь, я открываю дверь ванной и врезаюсь в чей-то крепкий торс. Сердце радостно подскакивает, но через мгновение обрывается и летит куда-то вниз. Улыбка сходит с моего лица. В костюме цвета марсала передо мной стоит Феликс.
Мой жених внимательно смотрит на меня. В его взгляде недоверие и много вопросов.
– Феликс… – жалко пытаюсь растянуть губы в улыбку я, но руки безвольно опускаются.
– Почему ты мне не позвонила?
– Потеряла телефон…
Мне так страшно, что, кажется, я прилипла к полу.
