Скакать пришлось до самой темноты. Лишь ближе к полуночи я остановился в придорожном леске. Конь хрипел и мог пасть в любую минуту, но иначе было нельзя. Пару раз нам попадались путевые камни с нацарапанными на них названиями каких-то селений, но соваться к людям означало слишком рисковать. Да, границу мы пересекли, но влияние Меритари здесь не ослабевало нисколько, поэтому сохранялась вероятность, что в селении окажется орденский чародей. Я знал, что если хоть один захудалый меритарит нас заметит, то через пару минут по Скрытым Тропам ему на подмогу нагрянет ещё десяток-другой орденских чародеев, и тогда неким Энормису и Лине точно не поздоровится.
Едва наш скакун остановился, Лина начала потихоньку вываливаться из седла. Хорошо, что я был начеку и успел вовремя её подхватить. Бой и скачка измотали её до предела. Сам шатаясь от усталости, я аккуратно уложил её головой на уцелевшую седельную сумку.
Я не просто так остановился именно в этом месте - здесь находился слабенький магнит, собирающий небольшое количество магии, но мне было этого достаточно, чтобы нутризировать её и восстановить силы во сне.
Однако прежде чем спать, пришлось уничтожить следы, оставленные подковами моего коня за последний час. Заклинание оказалось очень тяжелым - раны и бой отняли все силы - но я, скрипя зубами, тратил последнее. Потом наложил на место нашего ночлега пелену «рассеянности» самого высокого порядка, какого смог. Потом поставил обычные охранные круги, и, немного подумав, добавил к ним парочку новых. Таких, чтобы подняли меня, даже если я буду не в состоянии проснуться.
«Волшебник наверняка рвёт и мечет, - размышлял я, пока обеспечивал нам с Линой спокойный сон. - Ещё бы - упустил квислендского ренегата! Дисс и я всю дорогу были Ордену как кость в горле, так что искать нас будут очень тщательно. Меритари надавят на местных баронов и уже завтра на дорогах появятся конные отряды, а окрестности будут буквально кишеть чародеями. Повезло ещё, что вокруг густые леса - не так-то просто тут найти кого-то, кто не хочет быть найденным. Правда, ради нас могут и местное население выгнать на поиски. Да и пёс с ними. Я уж точно не собираюсь облегчать им задачу и сдаваться».
Порез на ладони я обработал эликсиром и перевязал. Затем с самыми изощрёнными ругательствами, какие знал, сломал и вытащил из плеча стрелу, измотавшую меня сильнее, чем бой с десятком солдат. Она лишь чудом не задела крупные артерии, иначе я потерял бы сознание еще по дороге. Упав рядом с Линой, достал из сумки кривую иглу. С трудом попадая остриём куда нужно, зашил рану, тоже обработал эликсиром и еле-еле наложил повязку.
Окончательно вымотавшись, я уронил голову на траву. Взгляд упал на Лину. Девушка мирно спала.
Молиться я никогда не умел, но готов был хоть весь день простоять на коленях, лишь бы мы оторвались.
Закат переливался всеми оттенками красного, то темнея, то светлея, то становясь похожим на пятно краски, разлитой неосторожным движением. Но я знал, что это не обычный закат, которым завершается любой день. Этой звезде не суждено было скрыться, она навеки замерла у самой линии горизонта, обмакнув свой нижний краешек в океан.
Моё расслабленное тело наслаждалось каждой секундой безмятежного блаженства. Тёплые волны, гонимые слабым ветерком, омывали натруженные ступни. Океан в свете вечно заходящей звезды выглядел бесконечным искрящимся покрывалом, на которое хотелось смотреть и смотреть, не отрывая взгляда. А ещё хотелось вечно слушать шелестящий голос этого текучего исполина. Величественного, безбрежного. Доброго.
Кто-то тронул меня за плечо, но сзади никого не оказалось.
- Ты всё расслабляешься. Как дела? - сказал мой голос.
- Были лучше, пока ты не появился, - ответил я возникшему из ниоткуда Отражению.
- Да брось. Ты что, сам себе не рад?
Я не стал отвечать, снова повернувшись к Закату. Почему-то мне показалось, что эта звезда именно так и называется. Отражение сидело рядом, на редкость спокойное и немногословное.
- Как думаешь, что будет дальше? - вместо ответа спросил я.
Двойник встал и невозмутимо зашагал прямо по поверхности океана, загородив собой Закат. Он выхватил из воздуха несколько яблок и принялся жонглировать ими со сноровкой опытного шута.
- Будешь мотаться по свету в поисках так необходимых тебе воспоминаний и острых ощущений, рикошетом отскакивая от непреодолимых препятствий и тараном прошибая всё, что способен сокрушить. Будешь поступать «правильно», потом жалеть об этом, потом поступать «неправильно» и тоже жалеть, разрываться между тем, что надо и тем, что хочется. Всё это время, разумеется, не замечая главного. Ты же об этом спрашивал?
- Не совсем. Но раз уж начал пророчествовать, договаривай. Что в итоге-то?
Яблоки замерли в воздухе. Отражение многозначительно усмехнулось:
- А в итоге умрёшь. Разве не этим всегда заканчивается? - и продолжило номер.
Я помолчал с минуту и вздохнул.
- Ничего нового.
Двойник финальным движением подкинул в воздух все снаряды, и они одновременно рассыпались сонмом разноцветных бабочек.