На этот раз она качает головой. — Это слишком рано. Это на самом деле достаточно рано, чтобы тебе не нужно было беспокоиться об этом. Если самый ранний незащищенный секс у тебя был 3 дня назад, я могу выписать тебе рецепт на экстренное противозачаточное средство, если хочешь. Пока ты принимаешь его до пяти дней после возможного зачатия, это очень эффективно.
Жаль, что я не позволила паранойе заставить меня искать в Интернете информацию о том, как скоро эмбрион может имплантироваться. Было достаточно безумно возбужденных будущих мам, настаивающих на том, что они знали, что они беременны на следующий день после зачатия, чтобы я позволила своей более логичной стороне победить в этом конкретном споре. — Разве это не будет больше похоже на таблетку для раннего аборта, чем на превентивный контроль над рождаемостью?
Ее взгляд скользит по моему чуть более осторожно. — Это экстренное противозачаточное средство.
— Однако это не на 100% эффективно, верно? Так что, если я приму его, будучи беременной, и я окажусь одной из тех, для кого это неэффективно, не повредит ли это ребенку? — Я качаю головой, отмахиваясь от нее. — Неважно. Это не имеет значения. Мне это не нужно. Я уверена, что не беременна. Я предпочла бы не принимать решения по этому поводу, если только в этом нет крайней необходимости, так почему бы нам просто не подождать и не посмотреть. Мне не нужны экстренные противозачаточные средства, но я хотела бы как можно скорее получить эффективное противозачаточное средство. Мы с парнем уже расстались, так что не думаю, что в ближайшем будущем у меня будет секс, но я хочу быть готовой на всякий случай. Я не хочу снова переживать такие беспокойства
Вежливый врач кивает. — Все в порядке.
*
Я утомлена к тому времени, когда я возвращаюсь домой. Кто-то отменил работу, пока я была на приеме у врача, поэтому, как только я ушла, мне пришлось идти прямо на работу и оставаться до закрытия. Картер взрывает мой телефон со школы. Говорит мне, что нам нужно поговорить, что он сожалеет, что я не дала ему возможности адекватно объясниться.
Я не хочу ничего слышать, и я слишком устала, поэтому я делаю умнейшую вещь — удаляю сообщение, чтобы все его сообщения исчезли. Я подключаю зарядное устройство к умирающему телефону и забираюсь в постель, затем вздыхаю и раскладываю вокруг себя все свои книги. Так как мне пришлось работать неожиданно, у меня есть дерьмовая куча домашней работы, которую нужно наверстать. В этом хорошо то, что я чувствую, что нахожусь на правильном пути, и у меня совершенно не остается времени думать о Картере.
Через пару минут после полуночи, когда я закончила, я, наконец, проверяю свой телефон, прежде чем залезть в постель. Я ожидаю увидеть больше сообщений от Картера, но их нет. Не знаю, радоваться мне или разочаровываться, но по глупости я испытываю больше последних эмоций, чем хотелось бы. Я не могу не думать о том, как бы прошел сегодняшний день, если бы сегодня утром Эрика не столкнула меня с реальностью. Я бы вернулась домой после долгого дня жизни, свернулась калачиком в постели и потратила бы кучу времени на разговоры с Картером. Я бы рассказалв ему о визите к врачу и настаивала, что он, вероятно, уже поместил в меня маленького клона Картера, чтобы попытаться заставить его потеть, но он не стал бы этого делать, потому что он сумасшедший.
Я уже скучаю по нему. Это раздражает. Было так больно видеть его с Эрикой. Я была так зла, когда стало ясно, что он солгал мне, так разочарована, что он вообще пошел туда, но мое сердце не приняло мою новую реальность так полно, как я думала. Сейчас, в тишине, в полном одиночестве, я вспоминаю ощущение теплого тела Картера, прижавшегося к моему. В моей памяти оживает ощущение его легкого прикосновения, когда он провел пальцем по изгибу моего плеча. Щекотка вдоль моего затылка, когда его губы коснулись этого чувствительного места.
В отсутствие рук Картера искушение окутывает меня. Я лежу без сна, говоря себе идти спать, но мой телефон манит меня. Какое-то время я сопротивляюсь, ворочаясь, но соблазн Картера не дает мне уснуть.
Наконец я тянусь к телефону. Мои глаза тяжелеют, но мой разум не успокаивается, поэтому вместо того, чтобы сопротивляться искушению, я решаю проверить Картера. Он никогда не узнает, что я это сделала, так что это не имеет значения. Вместо того, чтобы писать ему, я проверяю его социальные сети. Вряд ли это окно в его душу большую часть времени, поэтому я не знаю, что я ожидаю найти.
Я ничего не нахожу. Для Картера необычно не соблюдать приличия, но он не обновлял ни одну из своих социальных сетей с тех пор, как я его бросила.
Вздохнув, я ставлю телефон на зарядку и заворачиваюсь под одеяло. Мне в нем слишком жарко, но я жажду коконного комфорта.
