Музыка сменяется, а мы продолжаем двигаться в индивидуальном ритме под известную только мужчине мелодию.
— Я тоже люблю турниры. Так что хотел познакомиться с реальным соперником, чьи способности поражают. Особенно если учесть, что ты… женщина.
— Вы заметили? — не хочу язвить, но язык опережает мозг, что за мной редко видится.
— Мы встретимся, если дойдешь до финала, — опасливо обещает.
— Е-если? — меня заклинивает на этом слове.
Безотчетно дергаюсь из объятий, но попытка жалкая и невнятная — незнакомец держит крепко.
Паника начинает довлеть над рассудком. Молюсь, чтобы Вадим быстрее вернулся. Хм, а может, закричать, чтобы охранники мне помогли избавиться от настырного мужика?
Глупую идею тотчас выбрасываю из головы. Скользя взглядом по толпе, замечаю человек пять, пристально следящих за происходящим. В этом нет сомнения. Им совершенно плевать на принудительный танец, на мой страх. Они следят — и только. Из них двое охранников, у одного кривая усмешка. Твари! Они решили, что меня можно запугать?
Черт! Получается…
Могу сколько угодно в грудь стучать и кричать, что меня не «щекочут» угрозы и риск быть помятой на турнире, но это не так. Витька предупреждал, что может «всякое» случиться, но чтобы еще до начала угрожали и пытались вывести из строя… Это как-то слишком низко и подло.
По-мужски…
Что я запомнила за время общения с Лиангом — никогда, ни при каких условиях нельзя показывать страха. Даже если умираешь. И горячиться не желательно: можно ошибиться, да и не знаешь, что будет завтра. Может, вообще откажусь. Меня никто не неволит принимать участие в глупом турнире, где мужики не умеют контролировать свои слова и действия; не хотят честной борьбы и готовы на подлость.
Так что, не буду переубеждать, нарываться, но и блеять не собираюсь.
— И что вам от меня нужно? — все же интересуюсь. — Решили избавить турнир от одного участника? — не шучу, просто обязана уточнить, предпринимая очередную попытку освободиться от цепких рук, причем довольно убедительную.
Настолько убедительную, что незнакомец отступает. Следящие, точно по команде, оживают, готовые по команде, — и, как понимаю, не моей, — броситься к нам.
— Ха-ха-ха, — скрипуче-прерывисто смеется бичеватый. — Ты украшение турнира, я восхищен, — пугает нездоровым блеском в глазах, словно испытывает на прочность мою нервную систему. — Но такому бриллианту не место на СВМА.
— Не надо лести, я скорее алмаз…
— Ага, еще не ограненный…
— Спасибо, — делаю шаг пройти мимо, но мужчина перегораживает путь:
— Кому-то придется… огранкой заняться, — опять нагоняет страху.
— Не вам, — категорически, и новый шаг в другую сторону.
— И в оправу! — синхронно мне ступает незнакомец.
— Слушайте, я не понимаю, что вам от меня надо! — вместо праведного страха приходит злость и негодование
— Хотел познакомиться ближе.
— Что вы имеете в виду? — настороженно уточняю.
— Ближе, — опасливо-похотливо блестят темные глаза. — Как можно ближе.
— Не думаю, что это хорошая идея, — вообще глупо звучит, но я награни истерики. Нервно сглатываю. Я, по ходу, попала в лапы к безумцу!
— О, вот ты где! — напряжение момента нарушает голос Лавина. Я чуть не пищу от счастья.
— Вадим, — цепляюсь в руку Лавы. Он свободной водит от меня до жуткого типа и обратно:
— Вы знакомы?
Рьяно мотаю головой:
— Нет.
— Да, — кивает мужчина.
— Ир, — хмыкает Вадим, — ты чего? — на лице смешливая растерянность. — Это же Димка Гордеев.
— Дим, это Ира, — бросает неряшливому психу и кивает на меня. — Ир, — теперь говорит мне и кивает на мужчину, — Димка, в народе… — заминка, — Гризли, младший брат Гордеева, хозяина клуба, а что для тебя важнее — участник турнира.
Убеждаюсь в своих мыслях по поводу опасности незнакомца и безнаказанности его действий. Вот почему он такой… наглый, уверенный и безумный. А еще осознаю, что кинься я искать спасения или звать на помощь — точно его не получу.
— Угу, — не то мотаю головой, не то киваю.
Меня не радует такое знакомство. Вообще плевать, на самом деле. Хочется свалить из этой пещеры и больше не видеть Гризли! Блин, ему подходит…
— Димк, ты девушку напугал, — не то упрек, не то глумление. Мимолетно смотрю на бичеватого. Мужчина стоит и… грызет ногти, не сводя с меня пронизывающего взгляда, в котором больше угрозы, чем радости от знакомства.
— Слушай, я, наверное, пойду, — кидаю Лаве без особой горячности, но категорически.
— Мы же недавно пришли, — невнятная реплика угасает на последнем слове. — Хорошо…
— Что из себя представляет Гордеев? — интересуюсь, пока протискиваемся на выход.
— Младший или старший?
— Гризли, — поясняю терпеливо. Толкаюсь сквозь толпу на выход, а когда оказываюсь на улице, шумно выдыхаю: — Он меня пугает до чертиков!
— Бл***, что случилось-то?
— Он мне угрожал! — сажусь за руль.
— Как? — Лава без разрешения плюхается на сидение возле водительского. Хлопает дверцей.
— Сама толком не поняла, — звучит нелепо, но я не могу точно описать момент угрозы, хотя ощущаю его настолько остро, что волосы дыбом стоят. — Вадим, встреча окончена.
— Шутишь? — хмурится парень. — Из-за того, что случилось?
— А этого мало?
