— Э, Верст, не шибко на алкоголь налегай, — рядом со мной на освободившийся хокер плюхается Морж, потягивая светящийся напиток из тонкой, словно лабораторная пробирка.
— Бл***, тебя спросить забыл, — беззлобно бурчу, прокручивая по столешнице барной стойки бокал с пивом. — Ты свое пойло тяни, да мне не мешай отдыхать, — крутанувшись лицом к залу, показываю равнодушием Славке, чтобы отвял от меня, и он уходит. Медленно отпиваю прохладного напитка и окидываю задумчивым взглядом клуб: столики, мягкие диваны, танцпол.
Танцующих много, среди них примечаю Шум…хера. С какими-то девчонками пляшет. Самозабвенно, видимо, в наркотическом угаре.
Иришки рядом нет, даже странно. Она сегодня частит с ним обниматься и танцевать. Не так бодро и дико, как Шум…хер, а так, будто отрабатывает повинность, но жутко горда, чтобы отказаться.
Нахожу ее на втором этаже. Сидит на последнем мягком диване, возле стены и перил. Тоскливо смотрит в зал, но в никуда. Рядом башка Голема, чуть поодаль мелькает макушка нестриженных волос Гризли. По другую сторону Лианг со своим друзьями.
Старший Гордеев что-то рассказывает, китаец нет-нет, да и кивает. Порой бросает короткую фразу. Приятелями не выглядят, но бизнес-партнерами — очень даже.
Пробегаюсь глазами по толпе… и вновь с удовольствием уставляюсь на Иришку.
Это не мир Королька — клубы, дискотеки, шум, выпивка. Ей здесь неуютно, чуждо.
Мне начинает нравиться читать свою девочку — бóльшую часть времени скучает и молчит. Но, когда нужно, выжимает из себя приветливость. Чуть напрягается, избегая близости Шумахера, взгляд прячет, даже улыбка становится редким явлением.
Гордеевых категорично сторонится, как бы странно ни звучало, ведь Королек сидит рядом с ними.
Но, что мне не нравится все больше — то, как Ира остро реагирует на присутствие Лианга. Страх, и вместе с тем вызов. Спокойствие, и наравне с ним взволнованность. Холодность, но пожар.
Одно перечит другому, и этот раздрай как раз уверяет в мысли, что Джи Линь крепко сидит в жизни Королька. А мне — соперник, которого следует опасаться и нельзя недооценивать, иначе потеряю шанс заполучить свою девочку.
Но игру принимаю.
С бóльшим смаком оцениваю масштабность Иркиных развлечений. Жаль, не понимаю смысла и до конца не уточнил условия, но обязательно исправлю это недоразумение. И желательно сегодня, только момент подгадаю. Мне до тягучей боли хорошо от воспоминания, как Королек плавилась в моих руках: как одарила лаской и пригвоздила нежным словом. Зародила надежду, и теперь лишь она спасает от пучины злости и депрессии.
Я не каменный, не стальной, а если честно, так именно с соседкой отцовские гены проявляют себя во всей красе, но я переборю природу. Научусь себя контролировать. Ради НАС. Ради БУДУЩЕГО.
Нет, полностью оставаться равнодушным и холодным к закидонам Королька вряд ли смогу. Как, впрочем, и плоть свою урезонить тоже без помощи Ирки не получится, уже проходил урок и делал множественные попытки. А сейчас и подавно — все же девчонка надо мной измывается долгие несколько недель, удерживая на строгом воздержании.
Но если получать хотя бы редкие поблажки и внимание… думаю, мне было бы гораздо легче справляться с низменными инстинктами. А там, глядишь, трахательные порывы стали бы не столь обостренными и повсеместными.
Мне хотелось бы ровно дышать, спокойно думать и тягуче улыбаться от сладкой мысли — ИРКА МОЯ.
Пусть только в этом признается и ревность меня отпустит… Пусть даст еще один живительный глоток, чтобы стимул был… Надеяться и верить.
— …Мне скучно. Гнилой народ, — вырывает из колыбели мыслей грубоватый девичий голос, с легкой хрипотцой. — Не могу пока привыкнуть к стране, городу и народу.
— Можно подумать, ты из другого теста, — без наезда, но желая мягко осадить, звучит более мягкий и распевный. — Всего-то несколько лет пожила за границей. Да и нормально у нас, — короткая пауза. — Привыкнешь.
— Не уверена, — кисло, — че-т я отвыкла от наших парней.
— И твоих, между прочим, — очередное любовное-напоминание. — Избалованная, пипец, — хихикает вторая.
С неудовольствием кошусь на двух девчонок, которые на соседних хокерах покручиваются, потягивают цветастые многоярусные коктейли, и на танцующих смотрят. Шаблонно: брюнетка и блондинка. Одеты клубно — в «раздетые» платьица, космические туфельки и… макияж. И если светленькая на Барби смахивает, то вторая, скорее на чертовку. Кричаще яркая, но при этом тощая, мелкая и до жути школьница.
— Бл***, третий день тусуем, а я смогла только одну мало-мальски интересную особь отыскать, и то, мать его, кроликом оказался, — с такой брезгливостью и цинизмом, отпивая из бокала добрую половину жидкости, что даже у меня дар речи пропадает. Порочная школьница с мусоркой вместо рта.
Подруга брюнетки напитком давится.
— Вич, ты как всегда… прямая…
— Как ствол без изъяна! — цыкает криво мелкая. — А мне что, косой нужно быть? — морщится, чуть погодя. — Пиз***, убожества одни. Даже трахнуть никого нет желания.
