Твою ж. Я ведь не искал встречи с Лилькой. Сама заловила!!! А потом Анька отыгралась на нас обоих!!! С садистским пристрастием.
Ей невдомек, что потом, после наших игр и ухода, мне Серега телефон обрывал. СМС гневные слал. Клялся в ментовку обратиться. Пришлось с ним мягко поговорить, благо парень понятливый. Не хотелось раскрывать измены его любимой, но по-моему, лишь он не в курсе, что она со всеми его друганами уже трахалась. Прошелся по списку — пусть, если мне не верит, своих ребят и расспросит. Напоследок поорали друг на друга… Так что больше мне в его компанию нет входа.
Да и плевать! Я согласился.
Из-за Аньки ведь связи рву… Могла бы оценить.
— Зур, я не понимаю, ты где? — из тугих дум вырывает недовольно грубоватый голос Арсения Петровича. Того самого, с которым у меня сегодня была назначена важная встреча. Он собирался помочь с нужными людьми. А я завис… с Анькой.
Недоуменно распахиваю глаза и тотчас натыкаюсь на злой прищур Кисы:
— Говори, — шипит Анька, приткнув мобильный к моему уху и зажав его моей головой.
— Это же важно!.. — пугает покладистость и услужливость.
— Спасибо! — это не благодарность. — Я, — в трубку, и тотчас воздух обрывается. Стерва опять моим хозяйством занимается, оставив один на один с трубкой, говорящим, и моей неадекватностью. А я неадекватен. Потому что в данный момент не могу сам контролировать удержание мобильного, тему разговора, пока она, мать ее, будет меня трахать своим влажным, горячим ртом! — Я… — ни одного цельного предложения. Лишь черные кляксы перед глазами и силуэт Кисы, творящей непристойно-интимное с моей взбухшей от счастья плотью. — Так получается… — для связки слов требуется как минимум сосредоточенность! А ее… увы и ах… Тем более, когда кусают чувствительный участок хозяйства, да яичками, сдавливая, играют.
Отчаянно мотаю головой, переживая жаркую волну короткого оргазма, которую на корню, безжалостно гасит Снежикова. Выть начинаю в голос, наплевав на телефон и важность:
— Бл*, дай мне кончить!!! Иначе месть будет кровавая, сук’!!!
Ответом служит довольный смешок, и опять начинается пытка удовольствием. Руки уже отекают — онемели, покалывают и тяжесть, ледяная тяжесть накатывает… Но, твою мать, плоть от этого не сникает, она получает дозу внимания и в идиотском предвкушении чуда, отдается во власть стервы. Отзывается на ее вольности, пульсирует ласкам.
И только когда снова раздается рингтон мобильного, запоздало понимаю, что напрочь забыл про мобильный. А он… упал…
— Ань, это важно. Жизненно важно! — молю с придыханием.
Киса отрывается от плоти, ловко рукой под сидение, чуть ковыряется, пока тот разрывается, а когда выуживает, уставляется на экран с желанием мазнуть по сенсору, но взгляд становится колючим. В темных глазах разыгрывается нешуточная буря:
— Конечно, — ядовито, порхает пальчиком.
— Только молчи! — прошу тихо, а она мне к уху мобильный приставляет: — Арсений Петрович, — подрагивает голос, прижимаю головой аппарат, настраиваясь на разговор.
— Муд* ты, Зур, — визжит Лилька, и меня едва током не прошибает. Мечу на Аньку косой взгляд. Снежикова ловко с меня на свое место съезжает.
— Это не тот, — торопливо оправдываюсь, позволяя телефону упасть. Мне плевать, что хочет сказать бывшая. Мне плевать, что мобильный снова ухнул. Мне уже даже не важно, случится ли моя важная встреча.
Заеб' оправдываться! И, сук*, как же это, оказывается, часто приходится делать.
Анька вновь юбочку присборивает, подцепляет трусики, в несколько секунд стягивает. Комкает, да мне в рот запихивает, правда, чуть со мной в борьбу вступив. Я ведь не шибко желаю быть с таким кляпом во рту.
— Куда? — воплю, старательно языком выталкивая кружево, хотя получается: «У-а- а». — Стой! — «У-а-а», — мычу, как последний зад*.
Да что бл*, за х*? Почему Снежикова опять все не так поняла?!
А стерва сумочку подхватывает и прочь из машины, напоследок хлопнув злобно дверцей.
«Вернется!» — сам себя убеждаю долгие несколько минут, глазами жадно выхватывая вдалеке, в парке со скамейками и небольшим прудиком, компанию ребят, к которым Анька присоединяется.
«Дура! — в сердцах. — Вернется», — уже не так уверенно, еще через несколько минут тщетного ожидания и полного игнора мобильного, надрывающегося рингтоном.
Киса ни одного взгляда в мою сторону не кидает.
«Вернется…» — растекается мысль — Мышь из рук одного из парней разовый стаканчик берет.
Пиз*!
Ей нельзя пить!
Снежикова благоразумно нюхает содержимое, а потом махом выпивает.
Бл*!!!
Начинаю бесновато дергаться в наручниках. Я должен выбраться!!!
Сук’, даже ключ не оставила!
Дергаюсь тщетно, бросая злобные взгляды на толпу парней и Аньку, что с каждой минутой все свободней и развязанней.
— Бл*! Сук*! Сук*!!! — припадочно мечусь в кресле. Изворачиваюсь, даже не волнуясь за плоть, которая из-за моих движений частично под боксеры и джинсы скрывается.
