Один её влажный взгляд — и из-под моего костюма «Армани» вылезает альфа-самец, неандерталец. Пещерный человек, одержимый лишь одним инстинктом — заклеймить свою самку. Хочется заявить на неё права, подмять и сделать своей.
Я никогда не был святым. Ад пуст, все бесы здесь…
Но она пробуждает во мне воистину низменные желания.
Низменные и низкие.
О да, блять, неприлично низкие.
В моих фантазиях я наматываю её чёртовы толстые косички на кулак. Притягиваю к своему пульсирующему члену. Натягиваю её маленький горячий ротик на ствол. Трахаю его так, что слюни текут влажной дорожкой по подбородку.
А потом бы я протаранил её киску. Вонзился до самой матки, обхватив дерзкую попку, и трахал сладкое лоно до тех пор, пока не убедился бы, что я — единственный, о ком она мечтает.
Я забыл, что такое спокойно спать по ночам. Я только гоняю мысли о том, что она не прочь предаться грязному разврату.
И я делаю это с ней. От заката до рассвета.
Только мысленно, разумеется. Ведь она — дочь моего друга. Его малышка…
— Что ты умеешь готовить, Кристина?
— Кристиан! — поправляет она меня, надув губки. — Моё имя Кристиан. Это потому что…
— Я в курсе, — резко обрываю её. — Вернёмся к ужину. Что ты умеешь готовить?
— Я должна сказать прямо сейчас? — удивляется она.
О, думаю, она хотела зацепить меня одной фразой про ужин. Но я уверен, эта белоручка не умеет готовить ни черта. Убеждён, что она заказала бы ресторанной еды и разогрела её в микроволновой печи перед моим приездом.
— Да. Прямо сейчас…
Я позволяю себе потерзать её. Мысленно. Смакую каждый момент её смущения. Малышке хочется быть грязной для меня. Но по сути она ещё совсем девчонка. Да, в ней есть убийственная сила женского притяжения. Но она сочетается с наивностью и искренностью.
Пьянящий коктейль. Адская смесь. Едва распробовав которую, чресла начинают пылать, и дым валит из ушей. Мои яйца полны так, что можно забить все полки банка спермы доверху моим плодоносным семенем.
— Я могу пожарить… мясо.
— Утверждаешь, что приготовишь стейк? Мясной стейк? Хм…
Осматриваю её сверху донизу скептически. Под моим взглядом она вытягивается по струнке и почти перестаёт дышать.
— Да. Я могу. Правда, могу… Так что насчёт стейка?
— Хорошо. Валяй. Но учти… Я люблю сочно.
Её щёки начинают полыхать. И уши тоже. Дьявол, о чём она думает в этот самый момент, когда заглядывает в мой рот так, как будто мечтает впиться в него поцелуем и грязно пососать мой язык?
Неужели она… хочет того же, что и я? Прямо сейчас…
Да. Хочет. Уверен. Знаю.
Мокрые ли её трусики? Наверняка. Ведь эта девчонка попробовала на вкус мужскую ласку и теперь грезит о продолжении.
— Что-нибудь ещё, сэр?
Не знаю, чего я хотел, добиваясь, чтобы она обращалась ко мне официально. Меньше минуты назад она говорила мне «ты». Но сейчас резко переключилась на официальное обращение. И от того, как она раскатывает языком букву «р-р-р-р» в своём ротике, у меня начинается помутнение рассудка.
— Нет. Свободна.
Она встаёт и поправляет юбочку, улыбается мне кротко, прося:
— Может быть, вы захватите вина к ужину, мистер Коэн? Говорят, что к мясу хорошо подходит красное…
Я придвигаюсь к ней со скоростью цунами. Она взвизгивает испуганно, когда я зажимаю её локоть в тиски пальцев. Наклоняюсь к лицу девчонки. Ноздри хищно втягивают аромат ванили и цветочной пудры. Дурная смесь. Девчачья абсолютно… Но ей так идёт. Хочется облизать её всю. Особенно между стройных ножек.
— Пошла вон. Живо. Забудь про вино. Тебе ещё не исполнилось двадцать один!
— Даже мой отец не так строг!
— А я тебе не отец, — рычу в её губы голодным зверем. Одержимым. Неконтролируемым. Едва держусь.
— И слава богу! — выдёргивает локоть из моего захвата. Отходит на пару футов от меня и дерзко заявляет: — Хотя по возрасту ты вполне мог бы им быть. Ты же такой…
Старый? Хочет сказать она? Да, млять, мне уже тридцать семь полных лет. Исполнится тридцать восемь через две недели. И если бы меня спросили, какой подарок я хочу получить на свой день Рождения, я бы заказал эту крошку. Обнажённую. С бантиком поверх половых губок.
— Взрослый, опытный мужчина, — заканчивает, одаривая меня говорящим взглядом с бесовщинкой в тёмном взгляде. — До вечера. Встретимся за ужином, Дэйв…
Когда-нибудь она сведёт меня с ума.
Я падаю в кресло, лишённый всяких сил. Только член готов трудиться без устали. Я обречённо спускаю брюки и обхватываю толстый ствол, вспоминая первую встречу с этой красоткой.
Если бы я знал, чем это обернётся… Ушёл бы? Нет… Я бы не смог бросить крошку в беде.
Снова бы спас её и попался на крючок малышки, годящейся мне в дочери.
Итак… Что эта чертовка приготовит на ужин? Будет ли в меню обещанный стейк, приготовленный её руками, или она схитрит? Зайдя в квартиру, застываю на пороге. Квартира погружена в темноту. И лишь из-под двери столовой выбивается полоска мягкого, приглушённого света.
