На Нью-Джерсийской автостраде лошадям пришлось нелегко. К югу от Нью-Брансуика выбоины были такими глубокими, а булыжники попадались так часто, что двум всадникам пришлось ехать медленной рысью, чтобы не покалечить трех драгоценных животных. И, конечно, так далеко на юге не было ферм; приходилось питаться сушеными припасами из переметных сум, а прошлую ночь они провели на придорожной заправочной станции, растянув гамаки между покосившимися, ржавыми колонками.
Но Джерри Франклин знал, что этот путь был лучшим и самым прямым. Автострада являлась государственной дорогой, и раз в полгода ее расчищали. Они двигались быстро, и вьючная лошадь даже не охромела. Когда они выбрались на последний отрезок дороги, миновав расколотый пень, на котором были вырезаны слова «СЪЕЗД НА ТРЕНТОН», Джерри немного расслабился. Его отец и коллеги отца гордились бы им. И он сам собой гордился.
Однако он тут же насторожился вновь. Пришпорил лошадь и подъехал к молодому спутнику, своему ровеснику.
— Протокол, — напомнил Джерри. — Я здесь главный. Тебе не стоит выезжать вперед так близко от Трентона.
Он терпеть не мог напоминать о своем положении. Но факты оставались фактами, и если подчиненный выходил за рамки, его требовалось одернуть. В конце концов, Джерри был сыном — притом старшим — сенатора от Айдахо, а отец Сэма Резерфорда — простым заместителем госсекретаря; по материнской же линии у Сэма имелись сплошные почтовые клерки.
Сэм сконфуженно кивнул и придержал лошадь, отстав на положенные пару футов.
— Я вроде бы заметил что-то странное, — объяснил он. — Нечто вроде передового отряда на обочине дороги. И могу поклясться, на них были бизоньи рубахи.
— Семинолы не носят бизоньи рубахи, Сэмми. Ты что, позабыл политологию со второго курса?
— У меня не было политологии, мистер Франклин. Я специализировался на инженерном деле. Всегда любил копаться в руинах. Но я вроде бы знал, что семинолы не носят бизоньи рубахи, потому и…
— Сосредоточься на вьючной лошади, — посоветовал Джерри. — Переговоры — моя забота.
При этих словах он не удержался и потрогал дрожащими пальцами висевший на груди мешочек. Внутри лежал документ, удостоверявший его полномочия, аккуратно напечатанный на одном из последних драгоценных листов официальной государственной почтовой бумаги (официальность которой ни в коей мере не умаляло то, что много лет назад на ее обратной стороне нацарапали служебную записку) и подписанный лично президентом. Чернилами!
Подобные документы имели большое значение для людей старшего поколения. Скорее всего, в ходе переговоров ему придется расстаться с бумагой, однако записи о его полномочиях сохранятся в столице на севере.
А когда его отец умрет, и он сам займет один из двух священных постов Айдахо, эти полномочия позволят ему баллотироваться в Комитет по ассигнованиям. Или даже — чем черт не шутит? — в Процедурный комитет. Ни один сенатор Франклин не был членом Процедурного комитета…
Делегаты поняли, что находятся в пригороде Трентона, когда миновали первые группы расчищавших дорогу джерсеитов. Те бросали на всадников быстрые напуганные взгляды и тут же возвращались к работе. Надзирателей видно не было. Очевидно, семинолы считали, что простых указаний достаточно.
Но когда они въехали в кварталы аккуратных руин, когда-то бывших центром города, по-прежнему не встретив никого важнее белых людей, у Джерри Франклина зародилось новое объяснение. Все это напоминало зону военных действий, но где были сражающиеся? Скорее всего, на другой стороне Трентона, защищали реку Делавэр — новым правителям Трентона следовало опасаться атаки именно оттуда, а не с севера, где находились только Соединенные Штаты Америки.
Но если так, с кем они могли сражаться? К югу от Делавэр не было никого, кроме семинолов. Возможно ли… возможно ли, что семинолы наконец перегрызлись друг с другом?
Или Сэм Резерфорд оказался прав? Фантастика. Бизоньи рубахи в Трентоне! Ближайшим бизоньим рубахам следовало находиться в сотне миль к западу, в Харрисберге.
Но когда они свернули на Стейт-стрит, Джерри досадливо прикусил губу. Сэм не ошибся. Одно очко в его пользу.
По широкой лужайке выпотрошенной столицы штата были раскиданы десятки вигвамов. И все высокие смуглые люди, бесстрастно сидевшие или гордо расхаживавшие среди них, носили бизоньи рубахи. Не требовалось сопоставлять раскраску на их лицах с лекциями по политологии: это были сиу.
Значит, дошедшая до правительства информация о природе врага совершенно не соответствовала действительности. Как обычно. Что ж, не следует ждать чудес от коммуникации на таких расстояниях. Но эта ошибка осложняла дело. Во-первых, она могла лишить его полномочий: послание было адресовано лично Оцеоле VII, Правителю всех семинолов. И если Сэм Резерфорд станет насмешничать…
Джерри с угрозой обернулся. Нет, с Сэмом проблем не будет. Ему не хватит смелости на
