Непристойные предложения полностью

— Чистописание хромает, — сказал он. — И «принять» написано по-разному. Согласно правилу, пиши «и», если это присоединение, и «е», если высшая степень качества. Но какое отношение это имеет к нам? Послание адресовано вождю семинолов, Оцеоле VII, и требует, чтобы он приказал своим воинам отойти на южный берег реки Делавэр либо вернул заложника, которого правительство Соединенных Штатов дало ему в знак доброй воли и мирных намерений. Мы не семинолы, зачем нам это показывать?

Пока Джерри Франклин с болезненным тщанием разглаживал бумагу и прятал в мешочек, заговорил посол Конфедерации, Сильвестр Томас.

— Думаю, я могу объяснить, — сказал он, пытливо переводя взгляд с одного лица на другое. — Если джентльмены не возражают?.. Очевидно, правительство Соединенных Штатов услышало, что клан индейцев пересек реку Делавэр в этом месте, и предположило, что это семинолы. Вспомните, что в последний раз семинолы выступили против Филадельфии, что привело к очередной эвакуации столицы и ее переносу в Нью-Йорк. Это естественная ошибка: коммуникация Штатов Америки, что Конфедеративных, что Соединенных, — тихий, кашляющий, дипломатический смешок, — в последние годы не отличалась надежностью. Очевидно, ни этот молодой человек, ни правительство, которое он так умело и талантливо представляет, не догадывались, что это сиу решили опередить его величество Оцеолу VII и перейти Делавэр в Ламбертвиле.

— Верно, — пылко вмешался Джерри, — совершенно верно. И теперь как уполномоченный посол президента Соединенных Штатов я должен формально потребовать от нации сиу соблюдения договора одиннадцатилетней давности, а также пятнадцатилетней — вроде бы пятнадцатилетней — давности и вновь отойти за берега реки Саскуэханна. Вынужден напомнить, что когда мы покинули Питсбург, Алтуну и Джонстаун, вы поклялись, что сиу больше не станут забирать у нас землю и помогут защитить то немногое, что у нас осталось. Не сомневаюсь, что нация сиу хочет прославиться тем, что держит свои обещания.

Три Водородных Бомбы вопросительно посмотрел на Яркую Книжную Обложку и Целую Историю. Затем наклонился вперед и уперся локтями в скрещенные ноги.

— Ты хорошо говоришь, молодой человек, — заметил вождь. — Ты делаешь честь своему вождю… Итак. Разумеется, нация сиу хочет прославиться тем, что почитает свои соглашения и держит свои обещания. И так далее, и тому подобное. Но наша популяция растет. А ваша — нет. Нам нужно больше земли. Вы не используете значительную часть того, что вам принадлежит. Должны ли мы сидеть и смотреть, как пропадает земля — хуже того, как ее забирают семинолы, чье царство уже раскинулось от Филадельфии до Ки-Уэст? Прояви благоразумие. Вы можете уйти в… в другое место. У вас осталась большая часть Новой Англии и значительная часть штата Нью-Йорк. Уж конечно, вы можете пожертвовать Нью-Джерси.

Несмотря на старания, несмотря на должность посла, Джерри Франклин сорвался на крик. Внезапно он понял, что больше не вынесет. Одно дело — грустно пожимать плечами дома, в приземистых развалинах Нью-Йорка, но здесь, в том самом месте, где происходил процесс… нет, это было чересчур.

— Чем еще мы можем пожертвовать? Куда уйти? От Соединенных Штатов Америки осталась горстка квадратных миль — но мы все равно должны подвинуться! Во времена моих праотцов мы были великой нацией, мы жили от океана до океана, как гласят легенды моего народа, а теперь мы сгрудились на жалком клочке земли, голодные, грязные, больные, умирающие и опозоренные. С севера на нас наступают оджибве и кри, монтанье неуклонно выдавливают нас на юг; на юге семинолы поднимаются по нашей земле, ярд за ярдом; на западе сиу забирают еще кусок Нью-Джерси, а шайены откусывают еще один ломтик Элмайры и Баффало. Когда это прекратится? Куда нам идти?

Услышав боль в голосе Джерри, старик неловко поежился.

— Да, это тяжело, не буду отрицать, что тяжело. Но факты остаются фактами, и более слабые всегда терпят неудачу… Что до второй части твоего послания. Если мы не подчинимся вашему требованию уйти, ты должен потребовать возвращения заложника. По мне, звучит разумно. Вы должны получить хоть что-то. Однако я, хоть убей, не могу вспомнить имя заложника. У нас ведь есть ваш заложник?

Повесив голову, обессилев, Джерри несчастно пробормотал:

— Да. У всех индейских народов на наших границах есть наши заложники. В знак нашей доброй воли и мирных намерений.

Яркая Книжная Обложка щелкнул пальцами.

— Девчонка. Сара Камерон… Кантон… как там ее.

Джерри вскинул глаза.

— Кальвин? — спросил он. — Быть может, Кальвин? Сара Кальвин? Дочь председателя Верховного суда Соединенных Штатов?

— Сара Кальвин. Именно. Провела у нас лет пять, шесть. Помнишь, вождь? Девчонка, с которой играет твой сын?

Три Водородных Бомбы явно удивился.