— Сама знаю. Но он меня вынудил. Послушай, Фердинанд…
— Меня зовут Форд, и я тебя не понимаю.
— Тебя зовут Фердинанд, и хватит вести себя как капризная девчонка. Это тебе не идет. Через несколько дней ты забудешь об этом и снова станешь простым, беззаботным собой. Я правда собиралась сдержать свое слово. Мистер Браун производил впечатление в целом приличного человека, несмотря на его варварские представления о равенстве полов. Равенстве, или того хуже. Я вполне обоснованно полагала, что смогу склонить его к более разумному социальному поведению, уговорить сдаться. А он… он…
Она сжала кулачки так, что ногти впились в ладони, и испепелила взглядом дверь каюты.
— А он меня поцеловал! Ну… целоваться он умеет… наверняка у него по этой части имеется определенный опыт. Но что за безнравственность! Я еще не успела оправиться от его неслыханной наглости — предложения выйти за него замуж. Можно подумать, это ему вынашивать детей! Однако же я готова была серьезно обдумать это его предложение… ты же знаешь, я все предложения обдумываю очень серьезно и ответственно. Однако он намеренно отказался от всякого разумного обсуждения. Он обращался со мной как первобытные люди обращались со своими самками. Как с эмоциональным механизмом, вот! Если верить этой теории, достаточно нажать на нужные сексуальные кнопки, и женщина с радостью сдастся на волю разнузданного сексиста…
Тут в дверь постучали, и в каюту вошел, не дожидаясь приглашения, капитан. В руках он до сих пор держал бластер Батта, и раструб его был нацелен в мою сторону.
— Фердинанд Спарлинг, — произнес он. — Поднимите руки вверх.
Я поднял.
— Я помещаю вас под арест до окончания этого перелета за оказание помощи и укрывательство безбилетного пассажира. В полном соответствии со статьями сорок первой и сорок пятой…
— Сорок третьей и сорок пятой! — перебила его сестра, глаза которой округлились при этом известии. — Но вы же давали мне слово, что против мальчика не будет выдвинуто никаких обвинений!
— Сорок первой и сорок пятой, — вежливо поправил он ее, продолжая, однако, сурово смотреть на меня. — Я проверил. Закон Аниты Мейсон, статьи сорок первая и сорок пятая. Да, обещал. Такое положено обещать информатору. Однако я дал это обещание прежде, чем узнал, что речь идет о Батте Ли Брауне. Я не хотел арестовывать Батта Ли Брауна. Вы заставили меня это сделать. Поэтому я нарушаю даденное вам обещание — точно так же, как вы, насколько я понимаю, нарушили обещание, которое дали своему брату. Они оба будут доставлены в космопорт Нью-Каламазу, а после отправлены на Землю для суда.
— Но я потратила все наши деньги на билет, — всхлипнула сестра.
— А теперь вам вместе с мальчиком придется вернуться на Землю. Мне очень жаль, мисс Спарлинг. Однако, как вы мне сами объяснили, человек, которому доверили важный официальный пост, обязан придерживаться буквы закона, дабы у потенциальных нарушителей земного антипатриархального законодательства не возникало соблазна его нарушить. Но, конечно, из этой ситуации имеется один выход.
— Выход? Прошу вас, скажите, какой?
— Можно я опущу руки? Хоть ненадолго? — подал голос я.
— Нельзя. Закон Матери Аниты не позволяет. Так вот, мисс Спарлинг, если бы вы вышли за Брауна — ну, ну, не смотрите на меня так! — мы могли бы замять это дело. Брак на борту — и он будет вписан в ваш паспорт как «сопровождающий родственник мужского пола», что ни в коей мере не противоречит закону и даст ему право пролета от Земли и до Венеры. И стоит нам совершить посадку на поверхности Венеры, как он свяжется со своим банком и заплатит за проезд. Никаких нарушений, все законно. Он свободен, мальчик свободен, а вы…
— А я окажусь замужем за нечесаным уголовником, который даже не понимает, что должен смирно сидеть в сторонке и не мешать женщинам заниматься серьезными делами. Да как вам не стыдно?
Капитан пожал плечами и широко развел руки.
— Возможно, мне стоило бы устыдиться, но это, как вы сказали бы, последствия ответственного подхода к делу. Послушайте, мисс Спарлинг. Я не хотел арестовывать Брауна, и при возможности избежать данной ситуации, не делал бы этого. Кстати, моя команда — и матросы, и офицеры — полностью со мной согласна. Мы, конечно, официально прописаны на Земле, но по службе несколько раз в году оказываемся на Венере. И нам очень не хотелось бы вступать в конфликт со славящимся своей обидчивостью кланом Браунов или их родственниками. Что же до Батта Ли Брауна, то он при всей своей дикарской внешности обладает на Полярном континенте заметным влиянием. В своей же вотчине, на архипелаге Галерты, он сам назначает и меняет представителей власти. А есть еще его брат, Саскачеван, так тот считает Батта беспомощным молокососом…
— Влиянием, говорите? Мистер Браун? — сестра, похоже, призадумалась.
