Непроработанная технология полностью

Получив письмо от Стива, профессор Бен взялся за голову, встал и принялся нервно ходить из стороны в сторону. Затем он сел писать ответ. Написал целую страницу, затем стёр последний абзац и стал его переписывать. Затем снова его стёр. Открыл бутылку вина и залпом выпил целый бокал. Налил ещё один. Опять попытался написать последний абзац. Потом, громко воскликнув: «Нет!», он в третий раз стёр его и стал внимательно перечитывать всё письмо. Полчаса он сидел и вглядывался в свой текст, похлёбывая из бокала. Затем он решительно взял мышь, выделил всё письмо и нажал кнопку “delete”. Схватившись за голову, смотрел в пустой экран. Затем отменил последнее действие, но начал письмо заново с новой страницы.

Когда, наконец, профессор Бен нажал «Отправить», он посмотрел на часы. Было 5:11 утра. Он кинул пустую бутылку в мусорное ведро, плюхнулся на кровать и провалился в сон.

13 октября, понедельник

После воскресной встречи Полли снова перестала видеть ребят на парах.

Поскольку Ник успешно справился со своей задачей, да ещё и всего за пару часов, всю неделю они заходили в лабораторию 82, чтобы узнать, как дела, а в остальное время проверяли и перепроверяли всё, что могли.

Шарика всё не было.

Слава богу, что Ник не мог настроить мгновенное оповещение на телефон, иначе они бы смотрели туда каждые пять секунд.

В понедельник вечером Ник поинтересовался, написал ли Стив письмо. В ответ Стив написал:

Стив: да, и профессор Бен уже даже ответил

Ник: что ответил?

Стив: сейчас покажу

Стив прислал скриншот, который выглядел так:

Ник: хм, ну что ж…

Ник: он предупреждал, что не будет многословен

Ник: спасибо, что хоть вообще ответил

Стив: ага

Ник предполагал, что шарик появится, по всей вероятности, через тысячу, миллион или миллиард секунд.

— Если есть ошибка с установкой времени в программе запуска, то, скорее всего, какая-то такая — кто-то в одном месте измерял в миллисекундах, а кто-то другой в другом месте в наносекундах, или как-то так.

Тысяча секунд прошли, когда Ник ещё был в лаборатории. Миллион секунд истекут в следующий четверг без пятнадцати шесть утра, а миллиард — через тридцать с лишним лет.

— А может быть, — возражал Стив, — прибор просто не делает того, на что мы рассчитываем. Может быть, он просто уничтожил шарик, и дело с концом? Может быть, от него остались только фемтометровые (то есть невообразимо маленькие) чёрные дыры, которые тут же испарились благодаря излучению Хокинга или вроде того? А может, шарик восстановился, но не в точности там же, а равномерно распылился на атомы по всей рабочей области транзистора, поэтому мы его и не видим.

На последнее Ник справедливо заметил, что наличие атомов, из которых состоял шарик, уже можно проверить на внутренних стенках транзистора, но гораздо проще это будет сделать, если они запустят шарик побольше.

В одном ребята были согласны: аппарат воистину делает нечто невероятное.

Оставалось понять, что именно.

17 октября, пятница

Стив: ну что, ходил проверять сегодня?

Ник: да, только что вернулся

Стив: нету?

Ник: нету

Стив: ок

Небольшая пауза.

Стив: послушай, хотя мы и ничего не нашли

Тут Стив задумался, как продолжить, а Ник тем временем возразил:

Ник: ещё даже недели не прошло!

Стив: ну да, я понимаю, профессор Бен это 7 лет разрабатывал

Стив: тем не менее, завтра у нас запуск, глупо было бы его не использовать

Ник: да-да, конечно, обязательно

Ник: получим какую-нибудь новую информацию

Стив: и нам надо выбрать параметры запуска

Стив: опять)

Ник: да, но теперь-то нам есть, на что опереться

Стив: да

Стив: про массу мы договорились, да? 100 мг?

Ник: ага, но надо быть очень осторожными

Стив: осторожными? боишься сломать аппарат такой чудовищной массой?)

Ник: ну вообще-то да

Ник: один сломанный пульсар, и уже конфигурация будет совершенно не та

Ник: надо быть максимально осторожными, когда будем класть его в ловушку

Стив: а ведь верно

Ник: так, теперь по времени

Ник: есть предложения?

Стив: даже не знаю