— Не совсем так. Точнее, так, но не совсем, — Марина на секунду задумалась, подбирая правильные слова. — Я понимаю, что он говорит, и Толик, это его имя, обещал, что не причинит вреда, а еще он сказал, что не ест мясо, — она говорила так быстро, словно боялась, что Филис не станет ее слушать.
Драгул кивнул, подтверждая слова книжницы. Филис ничего не понимал, но не верить у него не было оснований: Марина никогда не лгала ему и вряд ли хотела делать это сейчас, а драгул, несмотря на то, сто скалился и шипел, не собирался нападать ни на герцога, ни на девушку. Это существо действительно понимало Марину, и это доказывали только что прозвучавшие слова. В конце концов, если бы эти двое были бы враждебно настроены, ничего не помешало бы драгулу растерзать Филиса на месте, ведь меч не мог причинить столь массивному существу существенного вреда.
— Допусти, я тебе верю, — сказал Филис, совершенно успокоившись по поводу безопасности девушки, — но Толик, — дожили, он называет монстра по имени, — украл королевских овец.
— Толик не ест мясо, — безмятежно добавила Марина, улыбаясь во весь рот. — Думаю, его подставил кто-то из дворца.
Девушка ласково погладила драгула по носу, отчего тот разнежился и едва не замурлыкал. Что ж, Филис согласен не нападать на этого зверя, пока тот не источает угрозы, но герцог Сквалло до сих пор не был намерен относится к чудовищу дружески. По правде сказать, мужчина все еще его опасался.
— Марина, почему ты так уверена, что кто-то из дворца хочет всех подставить? — Филис уселся на камень, самый дальний от разлегшегося на земле драгула.
— Герцог, Вы опять мне не верите? — Марина обиженно поджала губы. — Как и в прошлый раз ставите мои слова под сомнение только из-за чьей-то репутации.
Атмосфера, которая только что немного разрядилась, снова стала безнадежно грозовой. Марина будто назло протопала в противоположный конец пещеры и села, отвернувшись от Филиса. Драгул Толик тут же пристроил свою голову в ее ногах. Филису стало противно: он лез сюда не для того, чтобы в очередной раз слушать упреки в собственном недоверии, в конце концов в безобидность Толика он же поверил.
— Ты даже не уверена в своих обвинениях, — устало простонал мужчина. Одна и та же песня про подставу знатно измотали его.
— Уверена, уверена, — Марина повернулась к нему лицом, готовая доказывать свою правоту. — Я даже имя назвать могу, и у меня есть подтверждения.
— Тогда я внемлю каждому твоему слову, — если Марина могла привести весомые аргументы, Филис был готов ее выслушать.
— Я слышала разговор, — и Марина рассказала все, что подслушала однажды во дворце.
Разговор Якуеса и Циллара она передала в мельчайших подробностях, почти слово в слово повторяя их реплики. В такой точности не было смысла сомневаться, и Филис не стал.
— Теперь Вы мне верите? — в глазах Марины зажглась надежда.
— Я никогда не сомневался в твоих словах, но обвинение в заговоре против нынешней власти — не просто баловство.
— Верно, — она перебила его. — Заговорщики должны понести наказание. Мы должны немедленно рассказать все Его Величеству.
— Ты все верно поняла, но убедить короля будет очень сложно. И господин Якуес, и господин Циллар не первый десяток пор служат при дворе, последний кроме прочего пользуется заступничеством королевы. Боюсь, тетушка не признают вину своего верного друга без весомых доказательств, — Филис потер виски.
Нужно было что-то делать, ведь в случае успеха плана пострадает не только король и вся его семья, но и государство. Это было очень похоже на переворот, Филис, как герцог двора Его Величества, не мог допустить этого, а как благодарный племянник не мог допустить угрозы в адрес растившей его с детства тетушки. Кроме того, под угрозой были и жизни его кузенов: новый правитель, Якуес это будет или Циллар, не допустит существование законных наследников.
Это все было так сложно! Сейчас Филис больше всего хотел кинуть герцогство, забрать Марину и исчезнуть из страны, пусть даже в компании этого драгула. Он часто жалел, что из простого сына продажной девки когда-то стал сиятельным герцогом; первая роль, ни к чему не обязывающая и в какой-то мере свободная, мужчине всегда нравилась больше. Сейчас он сожалел о таком повороте событий больше всего, ведь из-за долга перед королевской семьей, как морального, так и законодательного, не мог обеспечить безопасностью полюбившуюся ему девушку. Что уж там, из-за своего статуса он даже сказать ей о своих симпатиях не смел.
— Значит, нам нужно эти доказательства достать, — голос Марины вернул Филиса из нерадостных мыслей.
Вскоре был разработан план, согласно которому герцог, как приближенный к правящей семье, отправится разыскивать улики против заговорщиков во дворце, а Марина с Толиком будут высматривать признаки подставы у территории Северной королевской отары.
