Сминая письмо в руках, я уставилась на волны, подбирающиеся к берегу.
Сжечь не выйдет. Не потому, что белый день, мимо проходят люди, среди которых полно знакомых. Плевать — кто не знает и моей магии? Разорвать на клочки? Не смогу — на листе последние слова, сказанные теткой. Ничего, связывающего с родными, больше нет.
Попроси Женива прощения, я бы без колебаний уничтожила письмо. А уж если бы где-то строки поплыли от слез, не стала бы дочитывать. Тетка не изменила себе до последнего. Упрямая, несгибаемая, способная удержать лицо на самом краю. Ни глубокое раскаяние, ни болезнь, ни прожитая несчастливая жизнь не изменили ее.
Спустя несколько минут, я аккуратно разгладила письмо, сложила обратно в конверт и убрала в сумку. Пусть Женива и причинила одну только боль, она поступила честно. Не пряталась за лживыми уверениями во внезапной любви, не плакалась на несчастную судьбу и не умоляла о милости. Сложись все иначе, мы сумели бы договориться.
В таверне, на первый взгляд, ничего не изменилось. Кайра рассказала, что появился щедрый постоялец, вручивший целых две монеты сверху. На Мод и Лизет все-таки подействовала угроза увольнения, и они не то, что не ссорились — почти не разговаривали между собой. Анри засел в кабинете со счетами. Зная, что от него и появится больше всего вопросов, я не торопилась подниматься. Прочтение теткиного письма принесло странное умиротворение, которое не хотелось нарушать.
Лишь войдя на кухню, обнаружила: не все гладко.
— Госпожа Сорель, вернулись? — улыбнулась Марта, помешивая суп. — Давайте-ка чаю выпьем — пирог еще теплый. Смурная вы совсем в последние дни.
Эри, не поднимая головы от нарезной доски, крошила зелень и ничего не говорила.
— Не откажусь. Как идут дела?
— После праздника-то легко, — хмыкнула кухарка, обтирая руки передником. — Эри, девочка, садись с нами. Брось ты это!
Послушно отложив нож, та вздрогнула и отвернулась, делая вид, что неспешно ссыпает зелень в тарелку.
— А ты почему быстро с ярмарки вернулась? Случилось что-нибудь?
— Надоело.
— Вот, госпожа, поглядите! Выходной просила, а теперь он ей, видите ли, не нужен. Пришла и говорит, мол, нагулялась, буду работать. Ну, а мне-то чего отказываться?
Эри села напротив, нехотя придвинула чашку и медленно подняла красные глаза.
— В чем дело?
Она глубоко вздохнула и провела ладонью по щеке.
— И мне не говорит, — отмахнулась Марта.
Я убью Анри Равьена-младшего, честное слово. Разыщу какие-нибудь старинные заклинания, превращу в жабу и посажу в большую банку. Пусть как следует подумает над своим поведением, прежде, чем в следующий раз доводить девушку до слез, принося очередные проблемы. Хотя, нет, не стоит потраченного времени. Лучше устрою ему несварение желудку или икоту, из-за которой невозможно говорить.
— А где господин Анри?
— Н-не знаю, г-госпожа-а… — Эри попыталась остановить слезы — глотнула воздуха, но все равно сдалась и села на скамью, уронив голову на руки.
— Светлые боги, — охнула Марта.
Интересно, случалось ли подобное с дядюшкой или теткой Женивой? Элти говорила, что советчик и утешитель из меня хуже некуда и разумнее промолчать. О делах сердечных я вряд ли подберу нужные слова.
— Эри, милая, расскажи, что случилось, — присаживаясь рядом, я осторожно коснулась вздрагивающих плеч.
— Я ем-му н-не н-нужна-а-а… — горестно протянула она, отрываясь от стола. На миг показалось: вскочит и убежит.
— Тьфу ты! — уперла руки в бока Марта. — Подумаешь! Не нужна и не нужна! Чего реветь-то?
— А ну молчи, — шикнула я, увидев заново искривившееся лицо Эри. — Анри сам сказал?
— Д-да, г-госп-пожа. В-вы отпр-равились п-по дел-лам, а м-мы на ярм…ярмарку. Я начала гово…рить, м-мол, хор-рошо бы сход…дить вместе к-куда-н-ниб-будь еще, а госпо…господин Анри… — она бессильно замотала головой.
Марта плюнула и вернулась к помешиванию супа, всем видом показывая, насколько глупыми считает слезы из-за безответной любви.
— Что дальше, Эри?
Она притихла, вытерла щеки и ответила:
— Сказал, ничего не выйдет, госпожа. Не нужно стараться привлечь внимание и… х-ходить за ним по пят…пятам.
— А ты?
— Н-ничего, госпожа, — губы дрогнули. — Убежала. Вернулась в тав-верну.
