Впрочем, не все так мрачно: Сэцуна же не сломалась, а наоборот, собралась, стиснула зубы и стремительно вышла на следующий уровень — хотя ее случай был куда более запущенным.
Тенья убрал волнение куда подальше, поправил очки и сосредоточенно уставился вперед. На меня он не смотрел. Что ж, ты заработал одно очко уважения…
Я пригнулся к земле и упер руки в песок.
Справа от меня Иида сделал то же самое.
— На отметку… — визгливым голосом произнес робот с камерой, который стоял на финишной линии. — Готовься…
Я плотнее вбил ноги в упоры.
Выстрел.
Я выстрелил телом вперед, активируя маркер от прыжка на левой ноге, и, мгновением позже, чтобы не потерять баланс, на правой.
Ветер ударил в лицо.
Иида мгновенно выбился вперед на полкорпуса.
Я вытянул вперед правую ногу, компенсируя равновесие взмахом левой руки, и коснулся земли. Обновленный импульс с правой…
Иида обогнал меня на корпус. Из труб, торчащих из его ног, валил белый дым.
Я встретил землю левой ногой и активировал импульс…
Иида обогнал меня уже на полметра…
Я продолжал набирать скорость, но и Тенья только разгонялся.
Если бы мы бежали стометровку, мой ускоренный бег показал бы себя во всей красоте. Но и запаса в пятьдесят, я думаю, хватит. Использовать его сейчас я почти не боялся; у меня теперь есть Юэй, а у Юэй есть Исцеляющая. Кроме того, впереди нет огромной бетонной стены, о которую я бы рисковал расшибиться, как об огромную мухобойку.
Так что — погнали.
Впечатав правый кроссовок в песчаное покрытие во второй раз, я активировал сразу два маркера.
Под ногой бабахнуло.
По подошве будто кувалдой ударили, а я, сжав зубы, подлетел на полметра в высоту — и вырвал у дистанции еще два метра впереди.
И догнал Ииду.
Следующий шаг… достаточно даже легкого касания земли носком левой стопы…
Меня швырнуло вперед от сдвоенного импульса, ветер резанул по глазам так, что вызвал слезы, я преодолел одним рывком сразу три, нет, четыре метра…
Но этого мало!
Я скребанул по песку носком правой, максимально наклонившись вперед… у меня уже тупо нет возможности нормально коснуться земли… сдвоенный взрыв под ногой отправил тело в настоящий полет, заодно вызвав приглушенный вскрик позади…
Мало!
Левая, двойной взрыв, толчок в ногу, полет вперед!
Мало!
В спину толкнуло упругой волной — в этот раз я постарался поместить туда маркер «помягче» — и последние метров пять я летел с такой скоростью, которую в жизни еще не набирал. Ни черта даже рассмотреть не успел. Только белая линия под ногами мелькнула…
И я преодолел финиш.
Первым.
— Две и двадцать пять сотых секунд… — сдавленно пропищал робот, которого снесло ветром в сторону.
Удивительно: все это произошло за две секунды.
Я еще успел довольно улыбнуться, пролетая мимо, а потом инерция унесла и меня в прекрасные дали.
Тормозные импульсы с резким взмахом руками перед собой… мол, я пытаюсь судорожно остановиться, что не особо отличается от правды…
Скорость как-то не особо упала.
— Ай-яй-яй!
Теперь осталось только тормозить ногами, по старинке.
Ну ничего. Впереди длинная пустынная дорога…
Видите ли, даже дойдя до предела своих возможностей, я продолжал искать способы более эффективного применения своей причуды.
Таким образом я нашел возможность применять маркеры на собственном теле.
Ставить их не только руками, но еще и касаясь земли подошвами.
И, проставляя таким образом маркеры на стопы и ладони, я как-то подумал: «Я ведь могу проставлять маркер за каждый свой шаг, минируя под собой землю, верно?»
А значит… в момент воздействия я ставлю сразу ДВА маркера, расположенных зеркально — на подошву ботинка. И на землю, которая касается эта подошва.
А значит… я могу активировать их одновременно, верно?
Сама суть моей обычной распрыжки, моего способа бега с помощью причуды, сводилась к тому, что я будто бы сумел обойти ограничения причуды.
Я не могу усиливать воздействие опосредованно; я не могу усиливать удар, вызванный собственным усилением.
Однако, превратив собственное тело в живой снаряд, я сумел раздвинуть рамки возможного: переводить часть набранного ускорения в новый, обычный шаг, и уже этот шаг, вернее прыжок, вобравший в себя часть импульса от моей причуды, снова усиливать.
В результате с каждым моим шагом, даже обычным, я ускорялся.
Речь идет лишь о прибавке в десять, может быть, пятнадцать процентов за каждый прыжок. Я в состоянии ускоряться в геометрической прогрессии, но коэффициент ускорения, все же, низок. Обычно.
Однако одного этого было бы недостаточно, чтобы обогнать Ииду Тенью, способного двигаться со скоростью гоночной машины, и брать разгон практически мгновенно. Если я правильно понял его причуду, он тоже не может развить максимальную скорость на такой короткой дистанции — а для меня это было даже хорошо, потому что я не успел разогнаться до скорости, несовместимой с моим выживанием.
Что ж…
