— Пусть победит сильнейший:)
Простодушный парень просиял в ответ — и рванул догонять сокомандника-далматинца.
Унося с собой и мой маркер на ладони.
Подло?
Может быть.
Я неспешно двинулся следом:
— Пойдем, Тога! Пора показать, кто тут самый высокомерный говнюк.
— Да! Будет весело!
Девушка, внезапно зарядившись позитивом, побежала впереди меня, раставив руки по бокам, будто изображая из себя самолет. Какой она все-таки ребенок временами…
Ну какой она злодей, а?
Нас обозвали «злодеями», в чем сложно было не увидеть символизм, и мы начали занимать оборону в новом здании, уже пятом из всех, что мы использовали.
Десять минут на подготовку у нас было.
Чего ждать от противника, я в общих чертах понимал. Он постарается нас заморозить. Возможно, будет замораживать этаж за этажом, возможно, проморозит пол, может быть — все здание, если его силы позволяют даже такое. И обязательно — в одиночку, ведь он гордый птиц и весь такой талант и гений от евгеники.
Киришима, впрочем, для него хороший товарищ, а значит, сюда они придут вдвоем. Вероятнее всего. Как я понимаю, его Укрепление позволит ему игнорировать и запредельный холод, чего нельзя сказать ни обо мне, ни о Тоге…
Хотя пара идей у меня есть.
Дождавшись, пока хищная блондинка не отыщет в мусоре заостренный обломок металлической трубы, я начал вполголоса излагать Химико расклад сил и мой план.
Девушке он понравился. Она вообще, как я понял, любит дурить и водить людей за нос.
План строился на паре любопытных наблюдений о ее причуде, которые я смог зафиксировать за эту неделю, пребывая, так сказать, в роли основной ее кормовой базы. Причем в буквальном смысле: причуда Химико явно перестроила ее метаболизм и пищеварительный тракт, в результате чего кровь она могла хлебать буквально литрами (мы пока не проверили, но именно что пока), однако, отведав кровушки, теряла аппетит к еде обычной, и без дискомфорта жила пару дней без еды.
План заключался в том, что Химико, несмотря на свою сверхчеловеческую скорость реакции (поверьте, в этом она круче даже меня), на заморозку реагировать… не будет.
Крутой план, да?
Когда я закончил двигать нашу ракету из папье-маше, которую мы должны защищать, в глубь зала, в самый дальний его угол, наш матч начался.
Подождав еще десять секунд, я точно знал, что герои вошли в здание — маркер на ладони Киришимы ощущался четко.
За все время своей жизни с причудой, за все годы экспериментов над ней я так и не нашел ни единого способа, барьера или материала, который мог бы приглушить мое точное знание о расположении моих маркеров. Единственными найденными ограничениями были расстояние (находясь слишком далеко, они переставали ощущаться), время (после определенного отрезка которого они пропадали) и существенная деформация поверхности, на которую был наложен маркер.
Выходило, что все завязано на конкретные координаты промаркированной поверхности предмета в пространстве.
Замерев на пару секунд, метка на Киришиме начала бодро приближаться к нам.
Конечно, существовал шанс, что Эйджиро отстанет от отмороженного Шото или вообще не пойдет за ним. Но я все же ставил на то, что его защитная причуда позволит ему не бояться заморозки и льда, а характер — оставить напарника одного.
Так и вышло. Он шел к нам, наверх. Хорошо запомнив, спасибо фактору причуды за отличную топографическую память, план здания, я точно понимал его местоположение и мог предположить маршрут, по которому он будет двигаться. И это было хорошо.
Ведь это Эйджиро Киришиму я хотел вывести из строя первым.
Я бросил взгляд на Тогу.
— Началось.
Отвернулся. Она справится.
Успел краем глаза заметить стремительно приближающуюся волну оледенения на полу, стенах и потолке…
И выпрыгнул в окно.
Одноклассников юному Мидории подобрали на славу. Столько талантов!
