Ах нет, простите великодушно, простите, это же не хайку — это сэнрю, ведь стихотворная форма та же, а вот смысл сатирико-юмористический и не имеет отношения к любованию природой! Любой бы неуч понял бы это сразу! Тьфу.
Поспорил бы я, что посещение сортира не имеет отношения к любованию природой, ну да ладно, замнем для ясности.
К сожалению, а может быть, и к счастью — мир еще не готов к моей поэзии — прозвенел звонок, и мы отправились на ланч.
Свободный столик нашелся в углу, в излюбленном месте тихой, спокойной и скромной девушки по имени Мавата. Последняя прилагалась. Против нашей компании она не была, познакомили с теми, кто еще не был знаком, а затем Фума блаженно слегла на свое розовое облако, прикрыв глаза.
Может быть, познакомить ее с Киотакой? Наколдует и ему подушку…
Ребята разговорились, зашумели. Чем-то живо интересуясь, к Мидории подсели Урарака и Асуи — что, вполне вероятно, было первым разом в жизни парня, когда к нему сознательно проявил внимание женский пол. Я с трудом удержался от подмигиваний и пиханий в бок, но был искренне рад за избавление «протагониста» от обета безбрачия.
К слову, в нашу большую компанию влились и Токоями с Аоямой — им попросту не оставила выбора Ашидо.
К моему удивлению, Юга Аояма оказался иностранцем, что само по себе было странно: почему он при этом в «А» классе, а не «В»? Не по обмену? А как тогда? В других странах свои Академии, как бы…
К тому же выяснилось, что он не такой уж и талантливый, как мне казалось. По его собственному признанию — апломб, патетические позы и кокетство сути никак не скрывали — Аояма завил, что лазер сложно контролировать и что он не может испускать его дольше, чем секунду. Все из-за врожденного дефекта. Что-то связанное с грыжей.
Звучало, в целом, логично, но… странно. Да и боль в животе после слишком частого использования тоже вызывала вопросы.
Я давно заметил, что люди в этом супергеройском мире почти не болеют. Буквально. Практически нет простуд, почти нет врожденных дефектов, как класс отсутствуют многие известные синдромы, о которых я слышал в прошлом мире.
Причуды принесли не только хаос — они принесли еще и крепкое здоровье, иммунитет и решение проблемы десятков хронических болезней.
Все дело было в факторе причуды.
И, как известно, он не на сто, но на девяносто девять процентов адаптирует организм пользователя причуды к ее эффекту. Какие бы дикие мутации это в итоге не вызывало. Отсюда получались бронированные, суперсильные и суперздоровые Тодороки и Бакуги.
И вот на этом фоне такие серьезные проблемы с причудой Аоямы вызывали вопросы.
Я бы даже и не обратил внимания… если бы с таким уже не сталкивался.
Эти его проблемы — почти как у меня: бью вблизи, но остаюсь хрупким.
Может быть, он тоже использует причуду не тем образом? Но как можно не тем образом использовать пушку в животе? Понятия не имею.
Имело смысл присмотреться к нему повнимательнее. Уже второй человек, причину поступления которого в мой класс я до конца не понимал.
Первой, кстати, была Тору, девочка-невидимка.
Сам я в общении почти не участвовал, впрочем. У меня были более важные дела.
Рефлексия снова напала, чтоб ее…
А именно, моральные терзания: должен ли я предупредить о том, что знаю о нападении на Центр Катастроф? Да, я наизусть знаю все аргументы, почему этого до сих пор не сделал. Но вдруг я ошибся? А если из-за растоптанных бабочек кто-то погибнет?
Остался последний шаг, и либо я сообщу об этом сейчас, либо уже никогда.
При зрелом размышлении — все еще нет. Не стоит. Не смогу доказать свою непричастность, меня начнут подозревать, мне не поверят про послезнание, мне не поверят про реинкарнацию, ведь есть способы определять чужие причуды — и у меня нет видения будущего.
У любых думающих людей возникнут вопросы о том, можно ли мне доверять и откуда я узнал о нападении, на которые мне абсолютно нечего будет ответить. Кроме
А самое главное и самое худшее — это то, что если я, каким-то образом, сумею остаться в строю, но дать знать заранее Незу, Всемогущему, Айзаве и остальным о грядущем террористическом акте… то, учитывая наличие крота, личность которого мне неизвестна, есть большой шанс, что злодеям ничего не помешает отменить операцию — и затем нанести удар в другой раз.
Когда к этому не будет готов никто.
Ни герои. Ни школьники. Ни я сам.
В итоге Зона была не просто моим шансом изменить что-то — она оставалась, в буквальном смысле,
Только бы я сдюжил. Только бы я…
Черт, я по кругу одни и те же сомнения гоняю.
Кажется, это груз, который мне придется нести на своих плечах в любом случае.
