– Прекрати грубить, – произнесла Алена, губки ее при этом дрогнули, глазки заблестели, она чуть не заплакала от обиды. – Я же сказала, ты должен выписаться. Пойми, Максим, если ты заведешь новую семью и приведешь ее в родительскую квартиру, то как мы потом будем вас оттуда выселять?
Максим потерял дар речи, и аргументов у него не осталось, чтобы продолжить этот бредовый разговор.
– И еще, – спокойно продолжила Алена, – я открыла счет на имя дочки, туда будешь перечислять арендную плату и алименты. Пусть у нее скопится кругленькая сумма к ее совершеннолетию.
Максим выслушал все молча, допил свой кофе и сказал:
– Значит так. Прежде всего, я подаю на развод сегодня же, основанием будет являться супружеская измена со стороны супруги. Алименты назначит суд, и я буду их накапливать там, где посчитаю нужным. Квартира твоя мне на хрен не нужна, вместе со всем твоим барахлом. Жить я там не собираюсь и делиться с тобой не буду. Кого хочешь, того туда и пускай, мне абсолютно до лампочки. А теперь пошла вон, и жди повестку в суд. Не вздумай умотать в Штаты без развода, а то там вас с твоим «мартовским котом» не поженят.
Алена заплакала, тихо, по-девичьи. Максим бросил на стол деньги, поднялся было со своего места, но она остановила его:
– Ну подожди, Макc, давай поговорим по-человечески, я прошу тебя…
– Какую именно часть из моих слов «пошла вон» ты не совсем поняла? – спросил он с сарказмом, низко наклонившись к ее уху. – Могу повторить еще раз.
Алена сжалась в комочек, чем напомнила ему пугливого котенка, он усмехнулся, шлепнул ее по плечу и вышел из кафе.
«Ну хоть какая-то разрядка ситуации», – подумал Максим и зашел в ближайший пивной бар. Хотелось напиться, забыться и вообще уснуть летаргическим сном, впасть в спячку, чтобы проснувшись с удовольствием узнать, что все позади, все проблемы разрешились, он свободен и не обременен ничем, особенно Аленой, которую ему хотелось придушить.
Приняв изрядную дозу спиртного, несчастный муж заявился к себе в гостиницу, рухнул на кровать и стал набирать номер Татьяны, но абонент был не доступен. Он предпринял еще пару попыток, а затем уснул, точнее, забылся липким тревожным сном, сквозь который он чувствовал тошноту и тревогу, но просыпаться не хотел.
Поздно ночью его разбудила настойчивая трель мобильного телефона, это была Татьяна.
– Извини, Максим, я забыла о разнице во времени. Уже поздно ведь. Как ты?
– Да не поздно еще, всего-то час ночи. Я только прилег, все звонка ждал, – слукавил Максим, а в душе был страшно рад услышать ее голос.
Проговорили они с полчаса, Татьяна рассказывала о красотах острова и Средиземного моря, о солнечной погоде и безумно теплой, просто нереальной морской воде. Ей все нравилось: и отель 5 звезд, и ее апартаменты, и прекрасная средиземноморская кухня, изобилующая морскими блюдами, овощами и фруктами.
– У нас здесь бабье лето. Приезжай, искупаешься в море, оторвешься от своих забот. Да, кстати, в следующую субботу у нас в отеле мероприятие, показ мод. Здесь отдыхает один известный итальянский кутюрье, он и устраивает этот нестандартный вечер отдыха.
– Ты предлагаешь мне приехать и взять у него интервью? – полушутливо спросил Максим.
– Почему бы и нет? Кстати, я принимаю участие, – гордо заявила Татьяна.
– С этого места пожалуйста поподробнее, – заинтересованно попросил Максим. Он уже совсем проснулся, и у него вдруг взыграл профессиональный интерес.
– Я буду представлять модель «Сеньора далла фолла», то есть женщина, ну или дама, из толпы.
– Это как, городская сумасшедшая что ли?
– Почему сразу сумасшедшая! Просто обычная женщина на улицах современного города.
– А почему ты? Ты же не манекенщица.
– Максим, это всего лишь развлекательное шоу. Кого-то выбрали изображать аристократку, кого-то молодую беззаботную отдыхающую, а меня вот даму из толпы.
Максим был заинтригован. Идея приехать на Мальту и собрать материал для своей газеты с участием итальянского кутюрье была заманчивой. Надо всего лишь убедить редактора в том, что матерьяльчик получится неплохой, пестренький и вперед, к далеким заморским берегам, совмещать полезное с приятным.
– Ты знаешь, я пожалуй, приеду, – неожиданно для себя пообещал он, и ему показалось, что Татьяна обрадовалась.
На самом деле это было не совсем так. Она не очень обрадовалась предстоящему приезду Максима, а пригласила его, будучи уверенной, что он не выберет время приехать. Не то, чтобы она не хотела его видеть, а просто обстоятельства сложились так, что у нее, как ей показалось, намечались либо деловые, либо более близкие отношения.
С Франко Грюони, итальянцем, представившимся модельером из Милана, она познакомилась в баре, совершенно случайно. Он увидел ее перстень, который она перед отъездом в Москву приобрела у Эдика в магазине. Это было серебро старинной работы с красивой, почти черной жемчужиной, отливающей перламутром. Перстень всегда привлекал к себе много внимания, не остался равнодушным и Франко Грюони.