Флэндж не знал, сколько времени спал; он проснулся в полной темноте, и лишь внутреннее чувство времени подсказывало ему, что было два или три часа ночи – в общем, тот безмолвный промежуток времени, который подвластен не столько восприятию человека, сколько кошкам, совам, вуайерам и прочей шумливой ночной шушере. Снаружи по-прежнему дул ветер; Флэндж прислушался, пытаясь обнаружить источник шума, который его разбудил. Целую минуту было тихо, затем наконец прозвучало. Ветер донес до него девичий голос.
– Англик, – сказал голос. – Англик с золотистыми волосами. Выйди. Выйди на тайную тропку и найди меня.
– Чё, – удивился Флэндж. Толкнул Свина. – Слышь, старик, – сказал он, – там за дверью какая-то девка.
Свин открыл один мутный глаз.
– Отлично, – пробормотал он. – Тащи ее сюда, я буду за тобой в очереди.
– Да нет, – поморщился Флэндж. – Я хочу сказать, что она, наверное, из тех цыган, про которых плел Болингброк.
Свин храпел. Флэндж ощупью подобрался к Болингброку.
– Старик, – позвал он. – Она там.
Болингброк не ответил. Флэндж тряхнул сильнее.
– Она там, говорю, – повторил он в легкой панике.
Болингброк перевернулся и неразборчиво залепетал.
– Чё, – всплеснул руками Флэндж.
– Англик, – настойчиво звала девушка, – иди ко мне. Найди меня, или я уйду навсегда. Выходи, мой высокий англик с золотистыми волосами и сияющими белыми зубками.
– Эй, – сказал Флэндж, ни к кому конкретно не обращаясь. – Это ты мне, да? – Не совсем, тут же подумалось ему. Скорее, его доппельгенгеру[9], морскому волку темных и страстных тихоокеанских времен. Он пнул Свина. – Она хочет, чтобы я вышел, – сообщил он. – Что делать, эй?
Свин открыл оба глаза.
– Сэр, – сказал он, – рекомендую вам выйти и провести оперативную разведку. Если телка ничего, то, как я уже сказал, тащите ее сюда и не забудьте про рядовой состав.
– Ну да, ну да, – рассеянно пробормотал Флэндж. Он добрался до двери, отодвинул засов и вывалился наружу.
– О, англик, – сказал голос. – Ты вышел. Иди за мной.
– Ладно, – согласился Флэндж.
И принялся петлять среди наваленных покрышек, молясь, чтобы на пути не попалась какая-нибудь Болингброкова ловушка. Каким-то чудом он почти выбрался на открытое пространство, но тут везение кончилось. Флэндж не знал, где именно он оступился, но вдруг понял, что случилась неловкая оказия, и глянул вверх как раз в тот момент, когда громадная куча шипованных покрышек внезапно качнулась, накренилась, на секунду зависла среди звезд и затем рухнула прямо на него – и это было последнее, что запомнил Флэндж, прежде чем отключиться.
Он очнулся от прикосновения прохладных пальцев ко лбу и услышал умоляющий голос:
– Очнись, англик. Открой глазки. Все хорошо.
Он открыл глаза и увидел ее: девушка, личико, широко раскрытые глаза с тревогой глядят на него, в волосах путаются звезды. Он лежал у входа в ущелье.
– Ну вот, – улыбнулась она. – Вставай.
– Сейчас, – сказал Флэндж.
Болела голова. Да и во всем теле пульсировала боль. В конце концов он поднялся на ноги и только тогда сумел толком рассмотреть девушку. В свете звезд она была само совершенство: темное платье, руки и ноги открыты, стройна, шейка нежная и изящная, фигурка тоненькая, словно тень. Темные волосы обрамляют лицо и волнами падают на спину, как космическая тьма; глаза огромные, носик вздернутый, короткая верхняя губа, хорошие зубы, четкий подбородок. Да она просто мечта, эта девочка, ангел. Примерно трех с половиной футов ростом. Флэндж поскреб в затылке.
– Здравствуй, – сказал он. – Меня зовут Деннис Флэндж. Спасибо, что спасла меня.
– Меня зовут Нерисса, – сказала она, глядя на него снизу вверх.
Флэндж понятия не имел, что говорить дальше. Темы для беседы неожиданно иссякли. У Флэнджа мелькнула, впрочем, безумная мысль, что им осталось обсудить разве что Проблемы Карликов.
Девушка взяла его за руку.
– Пошли, – сказала она. И повела его за собой в ущелье.
– Куда идем? – спросил Флэндж.
– Ко мне домой, – ответила девушка. – Скоро рассвет.
Флэндж обдумал ее слова.
– Погоди-ка, – сказал он. – Там остались мои друзья. Я гость Болингброка, он может обидеться.
Девушка не ответила. Флэндж пожал плечами. Ладно, черт с ним.
Она вывела его из ущелья и повела вверх по склону. На вершине насыпи маячила какая-то фигура и наблюдала за ними. В темноте бесшумно сновали смутные тени; откуда-то доносилось бренчание гитары, пение и шум драки. Они взобрались на мусорную кучу, мимо которой Флэндж проходил, когда искал матрац, и принялись при свете звезд прокладывать путь через хаос искореженного металла и разбитого фарфора. Наконец девушка остановилась у лежащего на боку холодильника фирмы «Дженерал электрик» и открыла дверцу.
– Надеюсь, ты пролезешь, – произнесла она, скользнула внутрь и исчезла.
Господи Исусе, подумал Флэндж, а я как назло растолстел. Он протиснулся в дверцу; задняя стенка у холодильника отсутствовала.
– Закрой за собой дверь, – велела девушка, и он сомнамбулически повиновался.
