В итоге она всё же проиграла, но не с таким большим отставанием, как опасалась. Хотя, признаться честно, игра ей понравилась, даже очень.
— И? — спросила воинственно. — Чего желает победитель?
— Споёшь для меня? — попросил Слава. — Только для меня. Не сейчас, тут не та обстановка. Я знаю несколько интересных мест, где есть караоке-залы.
— И всего-то? — удивилась она. — Хорошо, я подберу что-нибудь подходящее, как вы тогда в машине, — припомнила Ника их с Пашкой музыкальный мини-марафон на обратном пути из Солнечного.
В школьные и университетские годы она нередко занималась такой вот творческой самодеятельностью, поэтому, в принципе, просьба не была из ряда вон. Даже странно как-то. Ника боялась, что он попросит чего-нибудь эдакого, типа очередного сеанса стриптиза.
— О, привёл в нашу с тобой святая святых супружницу? — усмехнулся появившийся на пороге дед. — Ну, веселитесь, веселитесь, не буду мешать вашему единению, — и, посмеиваясь, покинул бильярдную.
И вот как воспринимать его подколки? Похоже, только Иван Витальевич более-менее нормально воспринимает их брак, да и подшучивает по-доброму. Считай, единственный союзник в этой семейке.
Долго засиживаться они не стали, забросили ещё пару шаров, на посошок, и отправились в спальню. Ника засела за ноутбук и заказала родителям билеты на субботу, чтобы нормально их встретить, поселить и вообще, провести с ними целый день. Славик тоже залез по уши в ноут, проверяя котировки валют и просматривая ситуацию на фондовом рынке, хотя с «Витал-проджект» эта деятельность, кажется, связана не была. Похоже, у него какие-то свои дела, к которым, судя по выражению лица, он относился очень серьёзно.
— Святик! — позвала Вероника, когда на часах высветилось 23:35. — Давай ложиться?
— Ты спи, спи, я ещё немного посижу, — и погасил свет, оставив лишь бра на своей половине.
А она легла и слушала, как он методично стучит по клавишам, и прекрасно понимала, что всё это в том числе и ради её семьи, которой Славик взялся помочь и как настоящий мужчина выполняет взятые на себя обязательства.
Мама с папой прибывали в субботу днём, и Ника со Славой караулили их на платформе. Ковалевский держался доброжелательно и исправно играл Стаса, ничем не выдавая, что он тот самый Славка, которого её мама обычно поносила на чём свет стоит. За дело, конечно, поносила, ведь в школьные годы он у Ники знатно кровушки попил, так что нужно будет провести ему реабилитацию, но не сейчас, не тогда, когда им нужно скрывать, кто он на самом деле. Да и разве кто заподозрил бы в ухоженном мужчине, который вышагивал рядом с Вероникой, того растрёпанного и как попало одетого паренька, которому мама в своё время придумала множество нелицеприятных эпитетов?!
Прежде чем ехать в квартиру, Славик предложил отвезти новых родственников в ресторан, чтобы перекусить с дороги. Ника поддержала эту идею, и они с мужем устроили родителям мини-экскурсию по столице, а потом сытно накормили. Мама с папой охали и ахали, насколько всё изменилось с их последнего визита, и помимо достопримечательностей оглядывали новенькие высотные здания.
Поначалу родители вели себя с Ковалевским настороженно (как же, муж их дочери большой начальник), но Славка, когда хотел, умел быть очень обаятельным и обходительным. Он много улыбался и постепенно настолько расположил их к себе, что по приезде домой отец уже играл с ним в мини-шахматы, которые привёз с собой, а мама замешивала тесто для пирога, чтобы порадовать дорогого зятя. И вот как ему это удаётся? То колючка колючкой, а то просто идеальный мужчина.
— Ох, муж у тебя и правда замечательный, — одобрительно шепнула ей мама, когда они накрывали на стол перед вечерним чаем. — Добрый, внимательный… Мне даже перед Пашенькой немного стыдно, что так другого привечаю.
— Не надо, мам. Я уверена, что Паша найдёт своё счастье с кем-то, кто будет гораздо лучше меня. Пусть у него всё будет хорошо.
— Никусь, если ты сейчас счастлива, для нас с папой это самое главное, — улыбка мамы была искренней и доброй.
А с понедельника начались тяжёлые будни. Работа, больница, работа, больница, и так всю неделю. Зато все необходимые анализы и процедуры были сделаны. Врач назначил операцию на следующий вторник, а до того времени отцу предстояла специальная диета и минимум волнений. Все выходные Вероника провела с ним в больнице, и когда Слава забирал её в воскресенье вечером, засыпала на ходу. В спальню особняка она уже привычно попала на его руках, прижавшись щекой к сильному плечу.
«Не хочу, чтобы отпускал», — было последним, о чём подумала, прежде чем заснуть.
В день операции у Ники всё валилось из рук, и Славик официально отправил её «на важную встречу», то есть прямиком в больницу, где она провела весь оставшийся день и вечер, нервно меряя шагами коридор. Мама сидела на кушетке и молилась, иногда переговариваясь по телефону с Ксюшей, которая сегодня прогуляла универ, ибо, ясное дело, не до того.
