Но на размышления ей времени никто не дал, потому что, обернувшись, она увидела стоявшего на пороге Славу, который после небольшого колебания снова уселся на стул и забарабанил пальцами по столу.
А потом позвонили Паше. Чертыхнувшись, что клиенты и во время перерыва не дают покоя, он вышел в коридор, но дверь не закрыл. Более того, разговаривая, не спускал глаз с тех, кто остался на кухне.
Ника молчала и ожидала, когда вернётся любимый. Славик тоже ничего не говорил, но явно заметил у неё на пальце колечко и застучал по столу ещё интенсивнее. И тут его прорвало.
— Вижу, наш Паша всё-таки сделал решительный шаг. Возможно, ты даже хочешь, чтобы я тебя поздравил, мол, не зря столько лет терпела его гулянки.
— Уже не хочу, — честно призналась она. — Хотя ещё утром у меня было такое желание.
— Знаешь, я бы и правда мог пожелать вам обоим счастья и прочей соответствующей случаю лабуды, но… ты уверена в своём выборе? — стук по столу прекратился. — У Пашки не было соперника, ему не нужно было за тебя бороться. Ты не думаешь, что он слишком легко тебя получил? Что-то я не чувствую с его стороны такой уж большой любви. Он вообще пытался тебя завоевать или просто пришёл на готовенькое?
Хотела бы Ника сказать, что да, боролся, и даже очень, но… чего не было, того не было.
— Слава, не хочу быть грубой, но это не твоё дело, — наконец ответила она.
— А хочешь проверить его чувства? — вдруг спросил парень и подался вперёд. — Заставить ревновать? Почувствовать себя женщиной, которую желают?
— А вот хочу! Только ты здесь каким боком? — она сложила руки на груди и смерила его скептичным взглядом.
— Очень даже прямым. Пощекочем нервы твоему благоверному? — предложил он.
— Ты, вроде бы, хорошо меня знаешь, поэтому также должен знать, что подобные уловки мне не по вкусу, — опешила Ника от его наглости и бросила нервный взгляд на Пашу, который, прищурившись, наблюдал за ними обоими.
— Ой зря. Может, всё же попробуем? — продолжил этот змей-искуситель. — Ну признайся, ты же хочешь его завоевать? Хотя бы самой себе признайся.
— Ты на себя в зеркало давно смотрел? — не удержалась она. — Если к кому он и приревнует, то уж точно не к тебе.
— У-у, я думал, тебе важна внутренняя красота, а ты, значит, как все? — и желваки на скулах заиграли. — Симпатичная обёртка важнее содержания?
— Знаешь, у тебя и обёртка неудачная, и содержание не очень, — уколола Ника. Нет, ну а что он хотел услышать после того, как третировал её столько лет?!
— Ох, Верунчик, с огнём играешь… — выдохнул Ковалевский. — Мне ничего не стоит разрушить весь ваш этот свадебный фарс. Но если перестанешь говорить мне гадости, могу помочь перевести ваши отношения на новый уровень.
Вероника смерила его подозрительным взглядом:
— Если это не твоя очередная попытка поиздеваться, то… я бы не отказалась. Только тебе-то это зачем?
— Да больно смотреть на твои многолетние потуги привлечь его внимание. Вы, вроде как, друзья мне, а завести нормальные отношения никак не можете. Вечно ты у него на побегушках, — покачал он головой. — Даже эта ваша будущая свадьба… какая-то ненастоящая, что ли.
— Допустим. И что же, по-твоему, мне нужно делать?
— Ничего критичного. Просто подыгрывай мне, когда понадобится, — и улыбнулся одной из своих «страшных» улыбок, от которых мороз по коже.
Ответить Ника не успела, потому что как раз доставили их обед. Паша распрощался с клиентом и сел между Славой и Никой, а потом ещё и по-хозяйски положил руку на спинку её стула. Надо же, они с Ковалевским даже не начали претворять в жизнь коварный план, а Паша, кажется, уже реагирует. Но, к своему стыду, Вероника ощутила, что ей этого мало. Хотелось со стороны ненаглядного больше эмоций, больше чувств.
Во время трапезы она чувствовала себя странно. В воздухе витало напряжение, а между парнями разве что искры не проскакивали. Раньше подобного никогда не случалось, а обедали они втроём не раз и не два. Честно говоря, ей вообще кусок в горло не лез, но поесть нужно, потому что до вечера работы ого-го сколько.
Пашка был предупредительным, подавал то салфетки, то водичку из сифона, однако потом ему снова позвонили. Чертыхнувшись, он опять вышел в коридор и ответил на звонок, но продолжил зорко контролировать оставшихся вдвоём друзей.
— Кажется, время пришло, — ухмылка Славки была предвкушающей.
— Подожди, что, прямо сейчас? — шепнула Ника.
Нет, это слишком внезапно, она не готова! И как, интересно, нужно «подыгрывать», чтобы выглядело достоверно?
— А чего ждать? Ситуация лучше не придумаешь! Что скажешь, если я сделаю так? — Слава наклонился ближе и пропустил сквозь пальцы белокурую прядь Ники. — Смотри-смотри. Во-он, забеспокоился.
Паша и правда смотрел коршуном, у которого уводят добычу.
— Скажи, ты сейчас всё это делаешь, чтобы помочь мне? Или просто хочешь позлить Пашу? — поёжилась Вероника от его близости и поднялась с места. — Если второе, то друзья так не поступают.
