Тёмные глаза сверкали насмешливо и тревожно, а светлые волосы немного растрепались, разметавшись по плечам и крыльям, где почти сливались с таким же светлым оперением. Как и раньше, меня завораживала хищная нечеловеческая красота Халликэра, и на несколько мгновений я застыла не в силах вымолвить ни слова. Но беспокойство за друзей привело меня в чувство, и именно я первой нарушила молчание.
— Где Мира? Что теперь будет с Айришем?
— Не волнуйся за них. Мира здесь неподалёку и скоро придёт. А демон… я подозреваю, он ещё в пути, — ответил Кэр, подозрительно сузив глаза. — Демоны ведь такие медлительные.
Боги, неужели он видел моё маленькое представление?
— Но его же будут преследовать… — стараясь не сгорать от стыда, пробормотала я и сделала попытку отойти, чтобы осмотреться и понять, куда он меня принёс.
— Не будут. Я позаботился об этом, — отрезал Кэр и пресёк моё поползновение всего одним движением — гибкий длинный хвост коварно обвил мою талию, возвращая обратно. — В чём ты там хотела признаться?
— Да не целовала я его! — не выдержала я, возмущённо глядя в тёмные очи магистра Тени.
Он так же, буквально не более пяти секунд, сохранял спокойствие, после чего расхохотался.
— Я знаю. Но рассчитывал услышать совсем не эти слова, — произнёс Кэр, склонив голову.
Сжав кулак, я бессильно толкнула его в грудь.
Вот ведь… ещё издеваться удумал!
— Такие эмоции, — поймав мой подбородок кончиками пальцев, прошептал он уже мне в губы. — Всё как я люблю.
Всё ещё испытывая законное возмущение, я пыталась сопротивляться и даже сомкнула губы в твёрдом намерении не отвечать на поцелуй. Только я совершенно не учла легендарную целеустремлённость великого магистра Ночных Теней, и вскоре, забыв обо всём, самозабвенно ему отвечала, обвив руками шею.
Что поделать, если ему нравится дразнить меня, а я покорена его настойчивостью…
В какой-то миг, противоречивые, закрученные в невероятный коктейль эмоции достигли своего пика, и спину пронзила такая резкая боль, что из глаз брызнули слёзы. Эта боль охладила пыл, заставляя испуганно сжаться в руках любимого мужчины.
Нет, я не сменила ипостась, но была близка к этому. Халликэр же, надо отдать ему должное, среагировал на приступ немедленно — заставил выпрямиться, после чего привлёк к себе, прижав правую ладонь между моих лопаток.
Не знаю, что именно он делал, но от его руки шло успокаивающее тепло и пульсирующая боль, постепенно утихала, сходя на нет.
— Прежде чем ты снова задашь этот вопрос, я скажу тебе о том, что ты так хотела узнать, — прошептал Халликэр. — Тебя не лишили крыльев. Они на месте, но потребуется значительное время, чтобы полностью восстановиться.
— Сколько? — не удержалась я.
— Мира сказала, что на это уйдёт около месяца. Всё зависит от того, насколько тебе придётся выкладываться магически и сумеешь ли обойтись от новых переживаний и ран, — ответил Кэр. В голосе его сквозило сомнение. И не удивительно — это звучало слишком идеально.
Я понимающе вздохнула. Кажется, нынешние условия жизни затормозят процесс моего восстановления на неопределённый срок. Но брать передышку просто некогда — Эно страдает гораздо сильнее. Да чего там… наши с ней беды и сравнивать не стоит. Этот мир погибает, а я жива и со мной друзья, а значит, приспособлюсь к новым обстоятельствам и как-нибудь справлюсь.
Недалеко от нас послышался какой-то шум, похожий на хлопанье крыльев и треск ломающихся веток, после чего раздалось приглушённое ворчание. Голос был хорошо узнаваем, но тон несколько непривычен.
— Хорошее место выбрали. Пока приземлишься, и крылья порвёшь и шею свернёшь… — посетовал Айриш.
— Мира сказала, что жители города считают эти места проклятыми, — добавил Кэр.
— Догадываюсь, почему, — мрачно заметил демон.
— Да ладно тебе! Зато мы время выиграли и обошлись без потерь, — не терял оптимизма мой магистр.
Когда я всё-таки обернулась, увидела, как Айриш вытаскивает из волос мелкие ветки и прочий лесной мусор, а затем пытается привести в порядок одежду. Кэр к тому времени тоже принял свой обычный человеческий облик, но выглядел гораздо лучше демона. Впрочем, с него станется и преодолеть древесные кроны через тень, чего я по понятным причинам не заметила.
К слову, теперь, когда появилась возможность немного оглядеться, я поняла, почему так ворчал Айриш — мы находились в лесу. Только этот лес был очень странным. Здесь не росли кустарники и травы, как это обычно бывает, и не видны были протоптанные тропинки или другие свидетельства, указывающие на близость города. К небу тянулись высокие стволы деревьев с молочно-белой гладкой корой. Что примечательно, росли исполины приблизительно на одинаковом расстоянии друг от друга, из-за чего складывалось впечатление, что этот лес был кем-то посажен с каким-то особым расчётом. Густые древесные кроны смыкались над нашими головами так плотно, что нельзя было рассмотреть ни кусочка неба, но мягкое светлое свечение, в которое преобразовывался солнечный свет, легко проникало сквозь раскидистые кроны, просачиваясь сквозь листву, из-за чего лес совсем не казался мрачным.
