Милосердие и свобода.
Завершение пути и его начало.
Это о Халлэ и его сути. Не нужно быть великим мыслителем, чтобы понять очевидное. Но выходит, что храм существовал ещё во времена последней династии древних?..
Очевидно, так и есть. И никто не посмел его разрушить.
— Благодарю тебя за данный мне шанс и это неожиданное открытие. Я… просто не предполагала, что так бывает и бесконечно рада возможности продолжать узнавать этот мир. Я слушаю голос сердца и, надеюсь, правильно поступаю. Ведь именно поэтому я здесь.
Кратко. Но зато от самого сердца. И на кинши… о чём успеваю понять не сразу.
Пока я говорила, моя рука непроизвольно касалась высеченных на камне строк, но только теперь с последним словом я ощутила жжение и увидела, как буквы утопают в моей крови. Каким только странным образом я успела порезаться, непонятно. Но это было только началом.
Стены храма вдруг засветились ярче, но сильнее засиял сам постамент. Залитые кровью символы тут же почернели и ожили, обратившись двумя юркими змейками, одна из которых легко соскользнула с камня, исчезая из поля зрения. Вторая атаковала мою левую руку, с шипением растворяясь под кожей.
Не знаю, что сейчас произошло, но мне стоило больших сил, чтобы не закричать.
Но больше ничего не происходило, и даже свет стал тусклее.
Ошарашенная я спустилась по ступеням и, подойдя к Дину, обняла его, зарываясь лицом в тёплый плащ. Он молча погладил меня по голове, а затем молча повёл к выходу.
Снаружи были ещё не сумерки, но очень близко к этому.
— Мне придётся обратиться, чтобы успеть, — виновато сообщил он мне.
— Дин, постой. А то, что сейчас случилось в храме это нормально?
Некромант некоторое время смотрел на меня, а затем пожал плечами и сказал:
— Обычно всё, что происходит в храмах принято считать волей богов. Со мной не происходило ничего необычного, но говорят, что волю богов не принято обсуждать. Сегодня я был всего лишь твоим проводником. Всё что произошло там, касалось только тебя и никого больше. А мне полагается просто забыть, только…
— Что?
— Я никогда не слышал языка, на котором ты говорила. Ты на самом деле прочла надпись на камне?
Я неуверенно кивнула. Не могу ему врать.
— Дин, я понимаю любой язык и письменность. Это мой дар, о котором никто не должен знать. Могут не так понять. Ты первый из живых людей, кому я доверилась.
— Влада, я обещаю хранить твою тайну, как свою, — оборотень меня обнял, укрывая своим плащом. — А кому из не живых ты говорила?
— Я не говорила. Призрак старого хранителя сам узнал. Видимо, для мёртвых не существует секретов.
— Сестрёнка. Ещё немного и я начну думать, что ты ошиблась факультетом, — искренне улыбнулся Дин. — А теперь, извини за неудобства, но мы действительно не успеем в Академию вовремя, если пойдём пешком.
Отступила, чтобы не мешать обращению. Когда вместо моего друга и сокурсника появился виверн, у меня даже дыхание перехватило. Непривычно всё же. Ведь только пару раз видела его таким. А виверн встал на задние лапы, и бережно обхватив меня передними, взмыл в воздух. Лететь не на метле, а в лапах виверна было не слишком комфортно и постоянно приходилось успокаивать себя мыслью о том, что это Дин, а он меня не уронит и, конечно, не съест.
Приземлились прямиком напротив здания женского общежития. Дин совершил обратное превращение и, подхватив меня на руки, быстро понёс наверх.
В моей комнате меня встретил неожиданный сюрприз. На столе под золотистой шёлковой тканью находилось зеркало, что было верно мною определено ещё издали и по форме.
— Помнишь, я обещал подарить тебе зеркало?
Помню, как не помнить. Но я так надеялась, что он забыл…
Подошла и под выжидающим взглядом Дина, сняла с зеркала ткань. Никогда не любила зеркала, но это было произведением искусства. Овальную зеркальную поверхность в полуметр высотой обвивала лоза из чёрного металла. С искусно выполненными мелкими белыми цветами, лепестками которых служили белые полудрагоценные камни, и ягодами из тёмно-синих камней. Даже собственное отражение в этом зеркале смотрелось вполне миролюбиво. А ведь я даже не замечала, насколько сильно изменилась за последние полгода. Благодаря тренировкам и занятиям на свежем воздухе кожа стала немного смуглее и теперь не бросалась в глаза россыпь веснушек. Черты лица приобрели изящность и линии скул и подбородка были теперь плавными, а не пухлыми. Мне определённо нравилось новое отражение. Возможно, настолько, что я привыкну к зеркалам.
— Дин, ты просто чудо! Спасибо!
Я обернулась, чтобы заключить оборотня в крепких объятиях.
— Нет, Влада, чудо это — ты, — ответил он смеясь. — Посмотри.
Он мягко убрал мои руки. Взял зеркало со стола и повернул обратной стороной, загибая подставку так, чтобы можно было вешать его на стену. Но моё внимание привлекли руны, начертанные там.
— Это не просто зеркало, а оберег. Можем повесить его, куда тебе больше нравится.
— Пусть так стоит. Тоже неплохо.
— Хорошо, — согласился парень.
Быть может, он хотел сказать что-то ещё. Не успел. Помешало возникшее в комнате серебряное сияние и появившийся из него Тир.
