Порохов извинился и, пересекая просторный сад, заваленный снегом, стабильно шёл возле неё, позволив ей вести себя, ведь сам не мог ориентироваться в столь заваленном разношёрстной растительностью, проступающей из-под ледяного одеяла, месте. С каждым шагом он всё больше сомневался в правильности своих действий. Виктор не мог понять, почему он поступает именно так; он чувствовал горечь во рту от привкуса непростительной ошибки. Большую часть пути они молчали, что позволило Порохову незаметно рассмотреть идущую рядом девушку в профиль, аккуратно поворачивая голову в те моменты, когда она была увлечена разглядыванием выложенной из камня дорожки, боясь поскользнуться, споткнуться или оступиться. И каждый раз он задавался одним и тем же вопросом. Зачем? Но снова и снова к нему в голову вторгался лишь один ответ: иначе он не мог.
Озеро ждало их в десяти минутах ходьбы от дома. Здесь повсюду лежал снег, охвативший этот обширный, но, казалось, неглубокий застывший водоём, а поодаль стояло несколько небольших беседок, которые, подобно гвоздям, сцепляли воедино эту расслабляюще воздушную снежную гладь со скрытой от глаз стальной почвой, которая как-то странно ощущалась под ногами, из-за чего при первом же шаге Порохов почувствовал себя твёрдо стоявшим на земле, но не способным к сопротивлению.
– Это место было создано много десятилетий назад, чтобы дети и гости могли здесь отдыхать, – пояснила Лили. – Но в последние годы их стали больше интересовать все эти дымящие машины, чем природа.
– Наука меняет мир…
– Да… Теперь я не могу придумать более уединенного места, чем это.
Порохов вновь начал мысленно ругать себя за сказанные в доме слова о его осведомлённости об убийстве, но, заметив, что Лили открыла было рот, для того чтобы заговорить об этом, он опередил её, решив действовать прямо:
– Думаю, вам не терпится узнать всю историю.
– Вы правы. Иначе я бы не согласилась идти сюда.
– Я хочу, чтобы вы меня правильно поняли, ведь я не могу не назвать то, что именно в нужный момент я оказался в парке, чистейшим везением.
– Я вас поняла.
– Что ж… В тот день я изрядно натерпелся… И… Как бы это сказать…
Виктор задумался, после чего выпалил:
– Буду с вами предельно откровенным! В тот вечер я шёл в трактир, находящийся рядом с парком, чтобы пропустить пару рюмок.
Он хотел создать о себе хорошее впечатление в её глазах, поэтому теперь ожидал реакции, говорящей о некотором отвращении к нему, но, к его огромному удивлению, девушка, идущая рядом, только улыбнулась. Её чувства не были задеты, а даже наоборот, Лили мысленно поблагодарила его за честность, отметив, что стала ощущать себя более уверенно рядом с ним, и когда Виктор начал оправдываться о причине выдуманного похода в это заведение, он заметил, что на молчаливом лице спутницы появилась просьба оставить эти объяснения и перейти к сути дела.
– Тогда в парке я увидел двух человек, которые склонились над чем-то, – продолжил Порохов. – И это не показалось бы мне странным, если бы я слышал выстрелы парой минут раньше…
Виктор задумался, после чего резко продолжил:
– Хотя, наверное, я не с того начал… Но сути это не меняет. Возле их ног лежал человек, и тогда я принял их за случайных прохожих, которые, как и я, обнаружили его. Я побежал, чтобы найти помощь, но, вернувшись, увидел, что помощь подоспела сама. Тогда-то и оказалось, что те люди… которые стояли тогда над ним… над вашим отцом… были убийцами.
Лили, поняв, что рассказ Порохова подошёл к концу, резко остановилась и, вновь вцепившись взглядом в его глаза, произнесла:
– На этом всё?
Виктор от неожиданности растерялся.
– Возможно, у вашего отца были враги, – предположил он.
– Были, да, – невозмутимо подтвердила Лили. – Но к чему этот разговор? Вы вытащили меня из дома в день траура в такой мороз на улицу… Зачем? – теперь она заметно нервничала, хоть и всеми силами пыталась это скрыть. В последнее время ей всё труднее было держать себя в руках, но не из-за трудностей, которые на неё навалились. Утрата отца полностью выбила её из жизни.
– Лили, я видел тех людей. Я знаю, как они выглядят.
– Тогда почему вы не обратились к тому, чья работа заключается в поимке преступников?
– Не думаю, что это будет… Правильно. Особенно если учесть род деятельности вашего отца.
– Какой род деятельности?
– Я не могу утверждать, но он занимался чем-то незаконным. Подробностей я не знаю.
Лили опустила голову, окончательно убедившись, что этот молодой человек не станет источником истины, который приоткрыл бы для неё дверь в тайны её семьи, Виктору же показалось, что она уже устала от его хождения вокруг темы.
– Я надеялся, что моя информация поможет вам в поиске убийц, поэтому я и искал человека, который бы воспользоваться ею, – начал Порохов, решив больше не оттягивать с объяснениями. – Почему? По старой дружбе.
