Я там никогда не была. Я даже никогда не выезжала за пределы Среднего Запада. Но я нашла ее в "Гудвилле" несколько лет назад, и она приносит мне странную радость. Потому что кто-то побывал там, и даже если кружка теперь моя, я чувствую, что она хранит воспоминания первоначального владельца. Если я закрою глаза, то смогу притвориться, что я тоже из тех, кто ездит в отпуск.
Когда-нибудь.
Слова Неро, сказанные прошлой ночью, проскакивают в моих мыслях.
Возможно, я наивна, но я не настолько глупа, чтобы думать, что он действительно это имел в виду.
Пар от моей кружки затуманивает мой взгляд, когда я делаю первый глоток.
Неро много чего сказал прошлой ночью, и я верю, что он сказал мне правду, о себе, о своей жизни, но я чувствовала его колебания. И независимо от того, была ли эта нерешительность действительно ради моей безопасности или по какой-то другой причине, факт остается фактом, сегодня утром его здесь нет.
Вздохнув, я поворачиваюсь к гостиной и решаю провести свой выходной день так, как обычно, на диване, за просмотром сериалов о выпечке.
Я сделала два шага до края маленького островка, когда мое внимание привлек прямоугольник черного цвета.
На полпути между прилавком и входной дверью лежит конверт.
— Как?
Опустив кружку, я наклоняюсь и поднимаю его.
Он тяжелый. Судя по текстуре, он сделан из плотного картона. По размеру он не похож на обычный конверт. Он короче и толще.
Я оглядываюсь вокруг, как будто кто-то может подойти и сказать:
— Эй, это мое.
На лицевой стороне ничего не написано, и, перевернув конверт, я вижу, что он не запечатан.
Я прикусываю губу зубами, раздумывая, как его открыть. Но она в моей квартире, и я не могу представить, чтобы Неро случайно уронил ее.
Мой взгляд возвращается к столешнице. Может быть, он оставил его для меня, но когда закрывал дверь, он выскользнул.
Может быть?
Досадуя на себя, я простонала.
— О Боже, просто открой его!
Мои пальцы открывают крышку и достают один лист бумаги, сделанный из той же плотной черной бумаги.
Внизу страницы золотым тиснением выбит маленький символ, похожий на букву А внутри солнца.
Я моргаю на него, не понимая, затем мои пальцы находят рельефные буквы на другой стороне бумаги.
Когда я переворачиваю ее, мой рот открывается.
Это приглашение. Чертовски шикарное приглашение на день рождения. Для Неро. Сегодня вечером.
— Выглядишь солидно, босс. — Рокко наклоняет голову ко мне.
Я вскидываю бровь.
— Это должно быть комплимент?
Он ухмыляется.
— В этом вроде, как и есть смысл всего этого, верно?
Вздохнув, я поправляю запонки и забираюсь на заднее сиденье бронированного внедорожника.
Я не могу заставить себя надеть сегодня полный смокинг. Я чувствую себя достаточно старым, мне исполняется 40 лет, и мне не нужно надевать на себя костюм обезьяны. Вместо этого я выбрал полностью черный цвет. Черные туфли, черные брюки, черный кожаный ремень, черная пуговица с длинным рукавом, черный жилет, подогнанный по фигуре, с черными запонками из оникса, которые я украл с трупа моего бывшего босса.
Возможно, это не совсем обычный наряд, но для тех, кто имеет значение, я передаю то послание, которое мне нужно. И это послание — сила.
Рокко отъезжает от моего дома, и я устраиваюсь на сиденье, готовясь к вечеру сплетен и раздражения.
Я ненавижу это дерьмо. Притворяться тем, кем я не являюсь. Притворяться кем-то респектабельным. Но это все часть прикрытия. И я знаю, что это нужно сделать.
Вздох грозит покинуть мое тело, но я блокирую его. Я не могу быть мягким. С этого момента и до конца ночи я не могу проявить ни малейшего признака слабости. Я не могу позволить им увидеть изнеможение, которое я чувствую в своих костях. Усталость, которая, кажется, проходит только тогда, когда я рядом с Пейтон.
Пейтон.
Наблюдая за пейзажем, когда мы выезжаем из моего района и приближаемся к городу, я думаю о Пейтон.
Моя маленькая девственница.
Невинная девочка на 13 лет младше меня.
Я должен чувствовать себя куском дерьма за то, что я делаю с ней, с ее жизнью.
Но жадность каждый раз перевешивает мою вину. И когда дело касается Пейтон, я жаден до конца.
Есть еще несколько вещей, которые мне нужно уладить, прежде чем я потащу ее за собой в темноту.
— Это то самое место? — спрашивает женщина за рулем машины, притормаживая перед вереницей причудливо выглядящих автомобилей.
Я смотрю на массивное каменное здание.
— Думаю, да. — Затем я снова смотрю на все дорогие машины впереди нас. — Наверное, так и есть.
Я никогда раньше не была в Историческом центре Миннесоты. Наверное, я ожидала увидеть старый дом или что-то в этом роде. Но это не дом. Это целый чертов музей.
Трепет наполняет мой живот, и я в миллионный раз спорю, стоило ли мне писать Неро сегодня.
Но что ему написать?
Он не стал бы меня приглашать, если бы не хотел, чтобы я пришла.
