Однажды в одном из многих внутренних дворов Наланды Наропа сидел спиной к солнцу, изучая тексты по грамматике, логике и другим темам. Внезапно на него пала ужасная тень. Он повернулся и увидел старуху, темно–синего цвета, с красными впавшими глазами, жёлтой бородой, искажённым провалившимся ртом и гнилыми зубами. Она стояла, опираясь на клюку, хрипя и задыхаясь. Она спросила Наропу: «Что ты изучаешь?» Когда Наропа перечислил тексты, которые он изучал, старуха спросила его, понимает ли он слова или внутреннее значение. Когда он ответил, что понимает слова, старуха восхитилась, затряслась от смеха и начала танцевать, размахивая своей клюкой в воздухе.
Наропа, чтобы сделать её ещё более счастливой, добавил: «Я также понимаю и внутреннее значение». При этом старуха начала дрожать и плакать, швырнув свою клюку на землю. Когда Наропа спросил её об этой внезапной перемене настроения, она ответила: «Когда ты, большой учёный, признал, что понимаешь только слова дхармы, ты говорил правду, и это сделало меня счастливой. Но ты лгал, говоря, что также понимаешь внутреннее значение, чего на самом деле нет. Это заставило меня опечалиться».
Наропа сначала был потрясён и безмолвствовал, а затем сделал решительный шаг, который изменил его жизнь. Он спросил старуху: «Кто понимает внутреннее значение и как я могу прийти к этому пониманию?» Она направила его к своему «брату» и, не сказав, кто её брат и где его можно найти, добавила: «Пойди к нему, окажи ему уважение и спроси его, как ты сможешь познать внутреннее значение». Потом эта дакини — а это была именно она — исчезла, «подобно радуге в небе»[84].
Возможно, многие из нас отклонили бы такой совет как слишком причудливый, чтобы принимать его всерьёз. Особенно те из нас, у кого есть некоторые достижения в прошлом и некоторая репутация, которую нужно защищать, посчитали бы намного более лёгким вернуться назад к своим достижениям и быстро забыть о «кошмаре», который видели. Но что касается Наропы, и это доказывает его преданность чему‑то, находящемуся вне эго, то он встал на другой путь. Он пошёл на собрание монахов Наланды и объявил о своём намерении искать «брата» дакини, имени которого он не знает и чьё местонахождение ему не сказали.
Монахи Наланды подумали, что Наропа сошёл с ума. Они сказали ему, что монашеский путь с его учением и нравственным поведением представляет собой воплощение буддизма и что отказываться от этого пути было бы большим грехом перед истинной дхармой. Они напомнили ему о годах, потраченных на учение, и о вкладе, который он внёс в это учение. Они просили его не отказываться таким сомнительным и необдуманным образом от того прославленного положения, которого он достиг. Они также напомнили ему, что царь региона, патрон и защитник Наланды, будет очень рассержен действиями Наропы. Они предупредили, что если он выполнит своё намерение, то его репутация будет навсегда разрушена. Однако Наропу не удалось отговорить от его безумных и рискованных поисков: он бросил все свои тексты, на которые потратил так много лет, взял кружку для милостыни и посох и отправился в восточном направлении, в джунгли, в поисках своего гуру.
Наропа ищет Тилопу «на востоке», в джунглях и пустынях, в горах и долинах, в деревнях и необитаемых краях. Он считает этот поиск мучительным, запутывающим и страшным, поскольку имеет много странных опытов, которые отвергает как несоответствующие поиску, и лишь потом, задним числом, обнаруживает, что каждый из них был отмечен присутствием Тилопы. По мере скитаний Наропа снова и снова преодолевает препятствия в себе самом: чрезмерно концептуальное понимание дхармы; прочную и упорную гордость, накопленную за столь многие годы изучения; и высокомерие учёного от мысли, что он знает, какова суть вещей. В конечном счёте, Наропа измучился от неудач в поиске Тилопы и — будучи раздражён собственным сознанием — впал в глубокую депрессию. Он был в отчаянье от того, что бросил свою прежнюю жизнь и не может найти новую. Неспособный возвратиться к тому, кем он был, Наропа считает, что его собственные недостатки мешают продвигаться вперёд тому, кем, по его мнению, он должен быть. Веря, что его собственная карма является настолько отрицательной, что он никогда в этой жизни не найдёт предназначенного ему гуру, он решает убить себя. Он берет нож и собирается вскрыть себе вены.
В этот момент появляется Тилопа, иссиня–чёрный человек, одетый в хлопковые брюки, с пучком волос на голове и с глазами навыкате, налитыми кровью. Он объявляет, что с тех пор, как у Наропы оформилось намерение искать его, Тилопа не отделялся от него, и что только загрязнения Наропы ослепили его и не дали этого увидеть. Тилопа сказал Наропе, что считает его достойным вместилищем, и Наропа действительно будет способен получить самое глубокое учение, а Тилопа примет его как ученика.
