Нервный срыв полностью

Вспоминая эту переписку, я прихожу в такую ярость, что решаю как-то отомстить за смерть Джейн. Я должна найти способ. Перебираю в памяти все, что происходило после той ужасной ночи, обращая внимание на каждую мелочь. Внезапно я понимаю, что делать.

Выруливаю из кармана и быстро еду домой, страшась увидеть на подъездной дорожке машину Мэттью или Рэйчел. Вроде бы никого, но на всякий случай я, выйдя из машины, внимательно оглядываюсь. Потом захожу в дом. Отключаю сигнализацию, и в этот момент звонит телефон. На определителе высвечивается номер Мэттью, так что я беру трубку.

– Алло?

– Наконец-то! – В его голосе явное беспокойство. – Ты выходила?

– Нет, в саду возилась. А что? Ты звонил?

– Да, и не один раз!

– Извини, я тут решила расчистить дальний конец сада, у забора. Вот только зашла, чай буду пить.

– А ты никуда больше не собираешься?

– Нет, а что?

– Да я подумал отпроситься сегодня с работы на полдня, провести с тобой побольше времени.

Сердце начинает тревожно постукивать.

– Хорошая идея, – спокойно отвечаю я.

– Тогда до встречи через час!

Я вешаю трубку, лихорадочно пытаясь сообразить, зачем он решил уйти с работы. Может, им с Рэйчел удалось найти тех французских студентов из вчерашнего паба? И теперь они знают, что телефон у меня? Если эти студенты из колледжа в Касл-Уэллсе, то не так уж сложно вычислить, где они сегодня могут быть. До сих пор мне везло, однако вряд ли стоит ожидать, что они уже едут обратно во Францию, как я вчера сказала Рэйчел.

Я спешу в сад. Только бы Мэттью не перепрятал нож, который Рэйчел тут оставила! Подушки с садовых стульев уже сняты на зиму, и теперь они аккуратной стопкой возвышаются в сарае. Отодвигаю их, а там… Нет, не нож, а кофемашина. Секунд пять у меня уходит на то, чтобы понять: это та самая, что раньше стояла у нас на кухне. Та, в которой не нужно было поднимать рычажок, чтобы вставить капсулу. Продолжаю поиски. Под старым садовым столом, накрытым скатертью, обнаруживается коробка с изображением микроволновки. Открываю ее и вижу нашу прежнюю микроволновку. Предыдущую модель той новой, что стоит сейчас у нас на кухне. Мне хочется взвыть от ярости: как же просто было меня одурачить! Боюсь только, не смогу остановиться, – и тогда все чувства, что теснились внутри с того момента, как мне достался мобильник Рэйчел, вырвутся наружу и сделают меня совершенно беспомощной. Я вымещаю гнев на микроволновке. Наношу ей удар за ударом – сначала правой ногой, потом левой. И когда ярость отступает, оставляя лишь всепоглощающую печаль, я откладываю эту печаль в сторонку, на будущее, и продолжаю делать то, что задумала.

Через несколько минут я нахожу нож, завернутый в кухонное полотенце и засунутый в цветочный горшок в дальнем конце сарая. Полотенце, очевидно, принадлежит Рэйчел – она привезла мне из Нью-Йорка точно такое же. Пусть это и не тот самый нож, которым убили Джейн, но смотреть на него все равно жутко; не прикасаясь к нему, я снова заворачиваю его и кладу обратно в горшок. Сегодня все закончится, говорю я себе. Сегодня все закончится.

Вернувшись в дом, я на секунду задумываюсь: сумею ли? Однако есть лишь один способ узнать это, так что я направляюсь в холл, беру телефон и звоню в полицию.