Резко заложенный крюк вправо не спас Охотника от неприятной встречи. Ель значительно уступала ему в скорости, однако не собиралась отпускать мужчину просто так. Колючие ветки со свистом раскрутились, с них полетели иголки и большие темно-коричневые шишки. Каждая была размером с кулак и при точном попадании могла запросто нокаутировать противника.
Пока Дарк, петляя, уворачивался от снарядов, девушка отступила глубже в лес и стала обходить ель слева. Если двигаться медленно, возможно, удастся пройти незамеченной. Легкие ноги, невесомая походка, которая совсем не создает шума. Сбоку мелькали ветки, до слуха долетали звуки неравного боя, но Фея упрямо двигалась вперед. Еще несколько шагов — и придется свернуть, иначе она рискует свалиться в обрыв с несбытью. А свернув, окажется позади бешеного дерева. Так себе перспектива.
Под ноги бухнулось что-то тяжелое. Не успела Баньши толком его рассмотреть, как по подолу платья зашуршало, задвигалось нечто проворное. Вот оно уже на плече, царапает щеку, запутывается в волосах, вцепляется в затылок.
— Ай, я не делала тебе ничего плохого! — взвизгнула девушка, заплясав на месте. — Отстань!
Шишка еще немного покопошилась в волосах и упала, утратив к жертве интерес. Ничего не понимая, Фея обернулась, чтобы посмотреть, что происходит с деревом.
Изрядно полысевшая ель склонилась над лежащим на земле Дарком, к шее которого присосался чешуйчатый шарик. Баньши не поверила глазам. Шишка звучно чавкала, наливаясь красным соком, а лицо Охотника бледнело с каждой секундой.
— Стой! Ты не можешь быть вампиром! Что скажет на это Граф? — выкрикнула девушка.
Ель содрогнулась, выпрямилась и медленно склонила верхушку к лицу Феи. Иголки трепетали у самого ее носа, но Баньши продолжала гнуть свою линию:
— Он не поощряет гибель людей и сам мне об этом рассказывал. Отойди, если не хочешь пожалеть потом о собственном поведении.
Одна из иголок дотронулась до царапины на щеке Баньши, причиняя новую боль. Как же не хочется быть нанизанной на зеленые шпаги! Да и снова звать хозяина леса, который сейчас наверняка проводит время в приятной компании, — тоже.
— Последнее предупреждение, — прошептала девушка. — Нет? Тогда я вынуждена предсказать тебе смерть.
Над деревом полыхнула молния, ударив точно в согнутый ствол. Хвоя занялась моментально, и лес вокруг озарился красно-оранжевыми всполохами. Шишки градом посыпались вниз, но у них уже не хватало сил на поиски жертвы. Наблюдать гибель дерева было жарко и грустно. Какими бы ни были силы природы, они должны существовать вечно. Бывшая лесная фея хорошо это понимала, но нынешняя банши предпочитала спасать собственную шкуру.
Едва ель задрожала, охваченная огнем, девушка призвала на нее дождь. Не хватало еще спалить пол-леса. Такое самоуправство высшего вампира точно не обрадует. К тому же из углей вряд ли что-нибудь вырастет. А вот полуобгоревшее бревно может пустить новые побеги.
Сбоку послышались тяжелые хрипы. Дарк перевернулся на живот и откашливался, хватая ртом воздух. Шишка на шее по-прежнему цеплялась за жизнь, продолжая вытягивать из мужчины кровь. Занесенный для удара кинжал Баньши заметила как раз вовремя, чтобы успеть перехватить руку Охотника. Сжала напряженную ладонь, затем высвободила из пальцев оружие и уронила его на землю.
— Давай, маленькая, тебе хватит, поверь, — пощекотала она бок шишки. — Беги в лес. Теперь ты в семье за главную.
Раздутый плод послушно отлепился от человека и укатился, лишь на миг задержавшись возле поверженного дерева.
— Если надумаете выразить благодарность за спасение, впредь не используйте больше ваших зелий, — Баньши устало опустилась на кучу порубленной хвои рядом со стоящим на четвереньках Дарком.
Невнятное бурчание она восприняла как согласие.
— Ну и что ты тут расселся, позволь полюбопытствовать?
Вррык сильно удивился, когда обнаружил Влада на полу в одной из гостевых спален. Вампир вытянул длинные ноги и оперся спиной о кровать.
— Мы с двергами с ног падаем от усталости, выполняя твои приказания, а ты, значит, здесь пыль собираешь? Ты, вообще, в курсе, чья это комната? Вонючки Джо! А он, между прочим, имеет в роду скунсов и за день превращает любое помещение в хлев.
Граф поднял на оборотня пустые глаза. За все время, что он его знал, Влад ни разу не относился безразлично к возможности испачкать собственный костюм.
— Дело плохо, да? — с пониманием вздохнул оборотень, усаживаясь рядом. Рыжая шуба вмиг пропиталась запахами обитателя комнаты. — Предсвадебный, тьфу, помолвочный мандраж? Или она так разочаровала тебя в постели, что ты не знаешь, как от нее избавиться?
— Когда ты последний раз мылся? — Голос вампира казался таким же безжизненным, как и он сам.
— Сам знаешь, банные дни у волка раз в неделю — по средам. Значит, два дня назад. Но к чему…
— Обычно я могу проследить твои ночные передвижения по запаху шкуры. Сегодня я не чувствую ничего. Оставалась надежда, что ты вдруг воспылал интересом к гигиене.
— Да ладно! — оцепенел волк. — Серьезно или шутишь так?
