— Сестра моя, родное сердце, — волчица с искренней грустью покачала головой. — Мы обе знаем, что сие мне не по силам, покуда за тысячелетие моя суть поглотила многая силы солнца! Посему надеюсь, готовились вы к этому дню, и нашли решение, покуда иначе не вижу я Гармонии Элементов, что могли бы изменить ситуацию!
— Они еще не готовы.
— В сим случае, есть лишь единственно рабочее решение, Селена, — волчица поджала губы в явном недовольстве. Она покачала головой, поднимая алебарду. — Ты понимаешь, я не хочу этого, но твое бездействие не оставляет нам обеим выбора.
— Мир не выдержит больше праздных бесед, — вступила в разговор Селестия. — Он горит. Еще немного, и сгорит, и останемся лишь мы и создания огня и пламени. Не скажу, что этот вариант меня не устраивает целиком, но и гибель иной жизни меня не радует.
— В таком случае, нам придется сражаться, — вздохнула Луна, поднимая глефу телекинезом.
— Не сражаться, сестренка, нет. Вы должны убить нас. Много, очень много раз. Каждая наша гибель будет истощать нашу связь с солнечным планом.
— И сколько же раз мне надобно сломить себя и свою любовь к тебе, сестра?
— Да всего-то с сотню, наверное, — легкомысленно пожала плечами Селестия. За тысячелетие на солнце, проведенное в смертельных спаррингах и играх с Хеленой, она привыкла умирать и воскресать. — Взбодрись! Быть может, вас и вашей армии хватит, чтобы в итоге мир просто стал чуть-чуть теплее! Эквус выдержит потепление градусов на пять, а вот на пятьсот — очень вряд ли!
— И поддаваться вы, конечно же, не будете, — королева Эквестрии тяжело вздохнула.
— А какое в этом удовольствие?! — громогласно воскликнула Хелена. — Te affligam!
— En garde! — синхронно воскликнули Селена и Луна, метнувшись вперед.
Это послужило сигналом всей армии. В едином порыве все они шагнули вперед, выступая, летуны первыми устремились к месту, где на невозможных для простых смертных скоростях схлестнулись в битве насмерть боги и аликорны. У них, пони, фестралов, грифонов, чейджлингов, не было шансов в прямом бою с Хеленой и Селестией, но от них и не требовалось победы. Войска должны были своими жизнями вырывать мгновения для ударов Селены и Луны. Помощь, поддержка, отвлечение и сбивание концентрации, каждое мгновение могло стать решающим в битве столь могущественных существ. Они были готовы к гибели ради родных, близких, друзей и своего мира.
На земле в смертельном танце столкнулись богини. Яростные клинчи сменялись шагами по кругу, хитрые финты соседствовали с простым градом сокрушительных ударов. Наполненная силой солнца Хелена с громогласным хохотом, восторгом и взлаиваниями теснила свою сестру, осыпая ее ударами алебарды, заставляя вертеться и крутиться, избегая попаданий по ослабленным зонам брони. Да что там, даже удар топорищем по кирасе чуть не сбивал ночногривую волчицу с ног, но она держалась. А когда в бой вступили фестралы, первыми добравшиеся до поля боя, смогла открыть счет.
Хелена практически игнорировала ночных пони, раскидывая их буквально походя и чуть ли не пинками. Но только их вмешательство позволяло Селене хоть как-то нормально атаковать, а не просто отступать в защите. Больше десятка фестралов погибли, пытаясь отвлечь богиню, помешать ей, сбить с шага. И, наконец, у них получилось.
Безрассудный выпад в исполнении огнегривой прошел мимо — один из фестралов-единорогов возник буквально на пути удара, окутанный магическими защитами. Санстрайк рассек закованного в зачарованный металл пони на две части, завоняло паленой шерстью и плотью, и этого хватило, чтобы немного отклонить удар. Селена воспользовалась шансом, вошла в клинч, и, прежде чем сестра успела среагировать, вонзила меч ей под кирасу. Рыкнувшая от боли Хелена попыталась достать ее ударом латной перчатки, но не успела — в нее врезались, взрываясь, брошенные грифонами и пегасами первые бомбы, а после ночногривая точным ударом вонзила клинок ей прямо в морду.
Хелена исчезла в огненной вспышке, расплескав вокруг чудовищно горячую плазму, и возникла на том же месте, где и в начале боя. Она тут же схватилась за морду, чуть не выронив алебарду.
— Пламя, Селена, в нос — это, вообще-то, очень больно!
— Прости.
— И твои навыки совсем заржавели! Смотри, так твоих помощников не останется!
Первые земнопони окружили волчиц, поодаль единороги сформировали звезды, готовые нанести совместный удар. Грифоны и пегасы кружили сверху, готовые или бросить бомбы, воспользоваться самострелами или луками, а то и просто спикировать в самоубийственной атаке. Но вокруг богинь собралась лишь часть армии — вторая металась между двумя аликорнами.
