- Елена Леонидовна сейчас пьёт чай на заднем дворе. А остальные гости беседуют в кабинете Вашего отца.
- А что с бабушкой? - озадачился. - Почему она не со всеми?
- Ей ещё не сказали, - голос притих, - что случилось... Степан Федорович запретил ей рассказывать.
- Мой дед всегда всё знает лучше остальных... - устало произнёс.
- Да, господин, - смиренно послышалось сзади.
Виктор раздражённо нахмурился, остановив движение пальцем по экрану:
- Не называй меня так.
- Да, - подчинилась девушка. - Хорошо, Виктор.
Молодой человек немного успокоился:
- Куда делся Вильхельм?
- Отошёл. Сказал побыть немного с Вами, пока не вернётся.
- Можешь идти.
- Извините, но мне сказано не покидать Вас.
- Мне не 5 лет! - злобно выкрикнул, сжимая телефон в руке. - Иди!
- Я не могу.
Виктор приподнялся и, взявшись за спинку кресла, обернулся, дабы взглянуть на того, кто говорит. Это была Лиза. Находясь в своей рабочей форме, она лишь неуверенно сминала пальцами край белоснежного фартука и смотрела вниз, покрываясь румянцем и наполняясь волнением.
- Иди, - настойчиво повторил он.
- Мне не велено.
- Я не ребенок!
Горничная молчала. Виктор смотрел. Секунда, две, пять. Зарычал. Резко сел обратно. Сложил руки на груди и начал сверлить точку в камине. Женское сердце ускорялось от страха. Спустя ещё минуту, он сквозь зубы продолжил:
- Я ценю твою работу, но оставь меня в покое. Я хочу побыть один.
- Я не могу.
Молодой человек резко вскочил с кресла, оставив телефон на сидении и направился к ней, делая твёрдые, уверенные шаги. Стал в метре. Возмущённо осмотрел форму, лицо. Лиза проявляла только подчинение и очевидный румянец с волнением, быстро пробегая взглядом по мужской обуви. Сложил руки на груди.
- Хочешь вывести меня? - злобно и негромко вышло из него.
- Никак нет.
- Тогда почему не пойдешь заниматься своими делами?
- Вас опасно оставлять одного.
- Помню мой дед сказал не выводить меня.
- Лучше держать Вас злым, чем подавленным.
Виктор зарычал.
- Извините, - продолжила девушка. - Но так Вы более предсказуемый.
Его начало трясти от злости. Оскал увеличился до предела. Молодой человек мог взорваться в любой момент. Лиза почувствовала это. Глаза забегали по полу.
- Я на грани! - выкрикнул он прямо на женское лицо.
Девушка молчала. Виктор сбросил руки вниз и сжал в кулаки:
- Уйди!
- Нет, - тихо и чётко вышло из неё.
- Видимо, - начали женские мысли. - Пришло время пережить эту бомбу на себе...
Он взорвался. Виктор резко отвернулся. Сделал несколько крупных шагов в сторону и закричал, что есть мочи. Пронзительный голос заставил Лизу испуганно посмотреть на него и быстро закрыть уши ладонями. Сам же Виктор согнулся и взялся за голову, в ужасе от своих эмоций и того с какой силой они выходили. Спустя минуту, из него вышел весь кислород. Выровнялся. Вздохнул, глядя вперёд. Шевелюра снова была распатлана, заставляя пряди торчать во все стороны. Развернулся. Грозно подошёл к горничной. Та испуганно смотрела. Её руки не спеша опустились на фартук, а сердце сновоснова ускорилось в приятном волнении. Виктор указал на неё зажатым указательным пальцем и тихо, злобно, сквозь зубы спросил:
- Хочешь попасть под горячую руку? Если нет, - резко указал на дверь, - уйди!
- Я не могу.
Он зарычал и отвернулся. В мыслях злобно и недовольно проскочило:
- Такая же смелая как Ян, только отпор дать не может!
Сложил руки на груди. Стиснул губы и зубы. Тяжёлое и нервозное дыхание настораживало. Лиза смотрела на затылок и ждала чего-то. Чего-то более мощного и страшного, чем в первый раз. В комнату зашёл тревожный лакей. Осмотрел спину Виктора, девушку. Тот был похож на разъяренного быка. Вилл мгновенно подошёл к горничной взял за плечи, от чего та испугалась, слегка вздрогнул. Не спеша, с опаской и вниманием поглядывая на молодого человека, повёл её к двери. Вывел. Вернулся. Осторожно обратился к знакомому:
- Виктор, успокойся... Всё нормализуется. Главное - не вскипай.
Тот закатил глаза, оскалился и сквозь зубы начал:
- Вилл... Хватит нянчится со мной. Я не ребенок. Оставьте меня одного, - повернулся к нему. - И предупреждай, когда уходишь, особенно, - указал на дверь, - если оставляешь себе на замену какую-то девушку или женщину, - опустил руку. - Я чуть не сорвался на ней!
- Тихо, - начал успокаивать жестами. - Всё обошлось.
- В следующий раз может не обойтись! Я злой, уставший, - в голосе появилось отчаяние. - Вилл..! Я хочу отдохнуть... Оставь меня, ради бога...
Лакей с сожалением опустил взгляд:
- Я не могу. Это ради твоего же блага.
Тот измученно вздохнул. Протёр лицо. Жалобно посмотрел на него:
- За что мне это..?
Лакей озадачился. Поднял голову. Гонщик печально опустил руки, повернулся к креслу и вяло направился к нему.
- О чём ты? - следил за фигурой.
Тот вздохнул:
- Я целиком и полностью несчастен, а помочь мне не могут. Только хуже делают...
Он сел. Неохотно убрал телефон на стол, спрятался головой за уши и сложил руки на животе. Вильхельм удивился сказанному. Взволнованно подошёл. Заглянул в укрытие. Виктор вяло отвернулся:
- Оставь меня в покое, - подобрал ноги.
