Он неохотно и слабо, вставил ключ в замок, открыл, вошёл. Внутри было тепло, светло, с кухни доносились разные разговоры. Ян, носками, снял обувь и пошёл к себе, оставляя на своём пути мокрые следы от носков и кучи капель, стекавших с одежды, рук и сумки. Закрыв за собой, он бросил её на стол, вместе с очками и стал посреди комнаты, со своим безжизненным лицом. Ян рассматривал собственную комнату и то, что он видел, ему не нравилось. Окружение стало бледным, в темных тонах. Макс сравнил бы всё это с какими-то определенными цветами и сказал бы, что этой комнате нужны тройной слой шпатлёвки и два ведра с яркими красками. Но Ян подумал, что все эти старания были бы бесполезны. Он готов был упасть от слабости. Позвонок не хотел держать всё его тело. Молодой человек полностью разделся, оставив одежду под дверью и залез под одеяло. Внутри, всё кололось. Ян отвернулся к стене и подобрал все конечности к себе. Начался тремор. Его жутко морозило. Мастер спрятался под одеяло, прижался сам к себе. Абсолютно всё его тело было мокрым и холодным. В мыслях, проскользнула Агата. Ян представил её с собой. Что она здесь, с ним, под одеялом и, что они пытаются согреть друг друга. Молодой человек представил как прижимает её обнаженное тело и как переплетаются их ноги. Ян сжался. Его ступни перестали чувствовать постельное белье вокруг. Они стали ледяными. Ладони взялись за них и начали пытаться согреть. Вокруг было холодно.
Из-под постели, Ян вылез только под утро. Всю ночь, его жутко, морозило. За несколько часов, он так и не смог согреться под одеялом. Поднявшись и шмыгнув носом, мастер надел тёплый халат и поплёлся в душ. Тремор и гусиная кожа, оставались с ним на протяжении всего пути. Так же, добавились красный нос, слезливые глаза и слабость. Холодная вода не улучшила его состояния, даже наоборот. Сегодня, Ян решил не бриться, руки тряслись слишком сильно, так, что он мог с лёгкостью порезаться. Вернулся к себе под одеяло. Отчаянные попытки согреться его сопровождали весь последующий день.
Неприятная новость
На следующий день, ровно в семь, зазвенел будильник. Ян, только услышав его, неохотно открыл глаза и выключил тот звон, что делал больной голове только хушехуже. Ноги повели на кухню. Поставив чайник и воду на макароны, достал новую пачку, открытую вчера. Завтрак был пресным, Ян снова забыл посолить, но это было уже не так важно. Молодой человек хотел выплюнуть всё содержимое рта прямо в мусорку, дабы больше никогда не видеть этой пищи. Этому желанию противился только голодный желудок, готовый к любой пище. Налил чай. Чашка с заваркой стояла прямо перед ним и мозолила глаза, в то время, как пар активно уходил восвояси. Подпёр голову двумя кулаками, упираясь в стол локтями и только печально следил за неподвижным кипятком. Начали собираться соседи. Ян не обращал внимания. Яркие разводы чая его интересовали больше. Сделал глоток. Моментально схватился за рот. Обжёг язык, а за одно, и нёбо. После этого, сразу же поднялся и поплёлся к себе, оставив полную чашку на столе и в другой компании.
Зайдя к себе, начал искать сухую одежду, хоть, возможно и не совсем чистую. Сейчас разницы не было в чём конкретно идти на работу. Легче от этого всё равно не станет. Достал старые грязные брюки и когда-то белую футболку. Надел. Все его штаны спадали. Начал искать другие подтяжки. В глубине шкафа были парадные, для особых случаев, и старые. Настолько древние, что могли порваться в любой момент. Ян махнул рукой и достал позавчерашние, слегка вогкиевохкие, прямо из корзины для белья, стоящей на дне шкафа. Была проблема с обувью. Достал летние кроссовки, что были на размер меньше. Попытался влезть. Зашнуровал. Теперь, Ян хромал. В спортивной обуви было совсем неудобно. Взял портфель и надел очки. Собрался. Вытер сопли, шмыгнул носом. Вышел.
По дороге, он даже забыл про молоко, как и про другую еду, что мог бы съесть в обед. Возможно, молодой человек надеялся на Агату, но скорей всего он сам не понимал, что остался без еды. Ян шёл медленно, неохотно перебирая ступнями по тротуару и пряча руки в карманах. Молодой человек уже подходил к дороге на шоссе как обратил внимание на небольшую клумбу, у дома слева. В голове, промелькнула Агата. Ян покосился по сторонам, будто проверяя наличие прохожих. Их не было. Подошёл к цветам. Ещё раз осмотрел улицу. Склонился над странными фиолетовыми ромашками. Те были невысокими, с тонкими лепестками и маленькими цветками, чуть больше пятака в диаметре. Механик быстро нарвал около двадцати веток, иногда срывая их прямо с корнем и собрал в небольшой букет. Тот, несомненно, мог стать больше, но ярый крик женщины, из дома у клумбы, быстро остановил Яна. Молодой человек, только услышав брань в свой адрес, испуганно поднял глаза, дабы взглянуть на хозяйку и практически сразу бросился наутёк, только встретившись с ней взглядом. Женщина же, проведя хулигана взглядом и бранью, с угрозами, лишь печально осмотрела повреждённые цветы и быстро вернулась в дом.
